Архимаг полностью

— Слышите?

— Да, — коротко бросил Торн.

Ты не понял.

— Что именно? — я не стал кривить душой. Если Хаос хотел диалога — пусть говорит.

Ты не враг.

— Очень лестно, — я чувствовал, как остальные напряглись. — Но если ты не собираешься нас убивать, зачем окружил?

Ты не слушаешь.

— Я слушаю. Просто не верю.

Тьма сжалась, будто вздохнула. Потом в ней проявилось нечто.

Фигура.

Человеческий силуэт, но без черт, без деталей — просто тень, стоящая в нескольких десятках метров от нас. Прямо на верхней палубе Крепости.

— Ну вот, — пробормотал Кирден. — Теперь ещё и материализовался.

Я понятия не имел, как существо проникло внутрь купола. Впрочем, это могла быть проекция, внедрённая в мой разум. Либо примитивная иллюзия, чтобы мы понимали, с кем разговариваем.

Тень подняла руку.

И в тот же миг купол дрогнул.

— Держите строй! — рявкнул Торн.

Но было уже поздно.

Тьма втянулась внутрь, просочилась сквозь защиту, как вода сквозь сито. Она не сломала барьер — она его обошла.

И ударила.

Не по нам.

По Крепости.

Где-то внизу раздался грохот, затем ещё. Завыли аварийные сирены.

— Что он делает⁈ — выругался я.

— Ломает системы, — мгновенно сориентировался Торн. — Но не все. Только те, что могут нам помешать.

— Какие именно⁈

— Без понятия, — хрипло сказал Румариус. — Он блокирует наши пути отхода.

Как и все мы, Румариус освоил технику всезрения.

Я почувствовал, как по спине пробежал холодок.

Хаос не просто хотел поговорить.

Он запирал нас здесь.

Тень сделала шаг вперёд.

Теперь ты услышишь.

Я выставил ментальные блоки и тут же связался с Риверой:

Маша, что у вас там?

Кэп говорит, по проводам не идёт электричество. И движки заглохли.

У нас накрылась проводка?

Нет. Просто электричество исчезло. Мы не понимаем, Рост, не спрашивай.

Я перевёл взгляд на соткавшуюся из тьмы фигуру. Хаос продолжал игнорировать наш купол и втаскивал себя по частям в зону мнимой безопасности. Мгла клубилась всё ближе, отбирая у людей свободное пространство.

Валерий, ты меня слышишь?

Да, Рост.

Я хочу поговорить с Великим Чертёжником.

Спустя несколько ударов сердца в голове прозвучал голос бессмертного:

Гримаун, я на связи.

Начинай. У нас больше нет времени.

Как скажешь.

Если бессмертный не соврал, у нас есть несколько минут до того, как откроется Разлом во вселенную-ловушку. И эти несколько минут надо использовать с умом, чтобы помешать Хаосу уничтожить Крепость.

Наш Круг всё ещё держал купол, расход энергии вырос. Значит, Лориан Торн пытается рассечь тьму. Отрезать сгустки, проникшие за барьер, от основной массы.

Человек, ты готов слушать?

Послание достигло моего разума, как только я убрал часть ментальных барьеров.

Смотря что ты предлагаешь.

У меня есть враги, их надо уничтожить. Враги научились скрываться. Вселенных много, Пустошь бесконечна. Ты — ключ к полной победе.

Откуда ты знаешь мой язык?

Я передаю смыслы. Ты сам переводишь.

О каких врагах ты говоришь?

Я делаю паузы и задаю очевидные вопросы. Моя задача — дать Чертёжнику время на работу со своей вероятностной машиной. Сейчас это — наша единственная надежда.

Ты знаешь.

Почему я должен помогать? Ты уничтожишь мою планету.

Может быть. Или нет.

У меня никаких гарантий.

Закройте Врата — и у вас появятся гарантии. Но меня не интересует твой жалкий мирок. Не сейчас, во всяком случае. Я хочу избавиться от своих создателей. И от тех, кто однажды запер меня. Ты можешь помочь. Ты знаешь путь. Я сохраню твою жизнь и не войду во Врата, если ты выведешь в Пустошь устройство, именуемое домоморфом.

И как ты получишь доступ к памяти домоморфа?

Не твоя забота.

Предложение выглядело заманчивым. Как минимум, я смог бы попасть на Землю, убедить Иванова выбраться в Пустошь, отдать его на съедение Хаосу и, если повезёт, уцелеть. Тварь не придёт на Землю сейчас — ему надо сперва разделаться с сильными противниками.

Вот только у меня есть Железные Принципы.