Архимаг с Терры полностью

Угол бассейна возносится водяной колонной до потолка, отделанная мрамором ванная комната наполняется водой и паром. Секунда — и напоенная магией струя рассекает купальщика так, что его туловище отлетает в другой угол комнаты,, а ноги стоят еще несколько секунд, после чего тоже падают. Обнимавшая мужчину женщина с диким воплем валится на его труп: она ранена или мертва, так сразу не поймешь. Другая пытается открыть дверь, поскальзывается на мокром полу, падает, скулит, с ужасом оглядывается — но комната уже пуста, вода с шумом уходит через проем в полу. Еще через секунду шум стихает, только дробно капает с потолка вода.

«Что-то тройками идут, прямо совпадение», — подумал Аркадий, врываясь через нужник в третью спальню.

Здесь комната была ярко освещена, на столе лежали какие-то книги и полуразвернутые свитки пергамента, а людей в ней оказалось… Ну да, тоже трое: немолодой мужчина, богато одетый подросток лет шестнадцати, примерно ровесник Варды, и еще один подросток того же возраста, но в одежде поплоше и с резервом потусклее — видно, раб.

Похоже, старший ученик обучает чему-то младшего, а при них слуга? Не повезло вам, ребята.

Аркадий занялся сначала старшим мужчиной, будучи уверенным, что с ним придется труднее всего — и чуть не просчитался, потому что мальчишка умудрился взлететь, пользуясь высоким потолком, и обрушиться на Аркадия сверху, вооруженный — ну да, воздушными когтями!

Без особых эмоций он прижег юное дарование плазменным сгустком с близкой дистанции в живот, потом просто серпом снес голову его учителю. Мальчишка-раб с воем бросился к двери — ему Аркадий позволил уйти.

Не успевают учитель и ученик вскинуть голову на шум, как в ярко освещенном кабинете появляется огромная черная фигура, покрытая следами изморози и сажи. Учитель формирует хлыст высокотемпературной плазмы и бьет по врагу, но тот легко уклоняется. Воспользовавшись атакой наставника, как отвлекающим маневром, юноша телекинезом подбрасывает себя к потолку, но не успевает даже завершить движение — и падает вниз обугленной, воющей фигурой. Он еще жив, но уже не способен думать ни о чем, кроме своей боли.

Учитель отвлекается на судьбу юноши — и в следующий миг его голова катится по заваленному бумагами столу, пачкая пергамент алой кровью.

Мальчишка-раб, вместо того, чтобы помочь хозяину или хотя бы облегчить его муки, кидается прочь — плохо сформулированные рабские запреты…

Прежде, чем коснуться браслета и исчезнуть, атакующий все же добивает юношу одним ударом серпа.

Следующая спальня оказалась пустой. Может быть, жилец и не планировал провести здесь ночь. А может быть, успел проснуться и сбежать: в открытое окно спальни Аркадий увидел, что его визит на Алый Лепесток начинает вызывать заметные последствия. И, скажем так, некоторый ажиотаж. Здание, в котором он очутился, стояло на пригорке, под которым рос ухоженный сад. А из окна здания, стоящего по другую сторону от этого сада, валил густой черный дым. И…

— Драконы! — заорал кто-то внизу. — Драконы сошли с ума!

Тут же Аркадий услышал глухой удар, скрежет когтей. С потолка посыпалась штукатурка, балки затрещали.