— Редкая? Думаешь, кто-то может её купить? — искренне заинтересовался Мартин.
— Нет, она для вас.
— Зачем она нам?
— Наверное, это глупость, — смущенно проговорила Марианна, — но я хочу, чтобы вы её сохранили. Расколете пополам?
Друзья удивленно переглянулись, но выполнили просьбу. Ребристая ракушка поддалась не сразу, но две половинки всё-таки оказались в дрожащих руках принцессы.
— Одну я оставлю себе, — продолжила она, медленно проговаривая каждое слово, — а другая пусть будет у вас. Мне… мне нужно уехать ненадолго.
— Как?! Куда?! — едва ли не хором воскликнули молодые люди.
— Когда я доберусь, то обязательно напишу. А чтобы вы точно знали, что это я, приложу в письмо свою половинку.
— Пожалуйста, прости, если мы тебя обидели! — Мартин решительно шагнул к ней, но затем остановился и посмотрел на друга.
— Мы совсем не хотели расстраивать тебя и, видимо, сболтнули лишнего, — поддержал его тот.
— Нет, всё в порядке, — грустно улыбнулась девушка. — Просто мне пора.
— Ты возвращаешься домой? — догадался Маркус. — Но ты говорила, что там тебя никто не ждёт!
Марианна вспыхнула, но быстро задавила ярость и вновь улыбнулась:
— Так и есть.
— Тогда зачем? Что-то произошло? — допытывался Мартин и, лишь когда дрожащие руки обвили его талию, а продрогшее тело прижалось к нему, замолчал.
Маркус подавленно стоял рядом. Если бы это неожиданное объятие случилось днём ранее, он стал бы жутко ревновать и обижаться, но в этот миг не оставалось никаких сомнений — она прощается с ними и скоро придёт его очередь.
Принцесса повернулась и так же тепло обняла второго дорогого друга. Ей казалось, ничто не сможет заставить плакать вновь, но огромный ком в горле перечеркнул былые ожидания, и Марианна с трудом удержалась от слёз.
— Мы ещё увидим тебя? — спросил Мартин, когда она отошла на некоторое расстояние, чтобы хорошенько запомнить двух прекрасных китоводов, что стали ей настоящими друзьями.
— Я не хочу вам врать, поэтому, давайте, просто не отвечу?
Молодые люди понурились, но не стали спорить.
— Если мне удастся что-то разузнать о Тимо, — неожиданно произнесла она, — я обязательно сообщу.
Во взгляде Маркуса застыл немой вопрос, но принцесса опередила его и сказала:
— Прощайте.
Девушка резко развернулась и побежала обратно, туда, где не высовываясь на поверхность её поджидал Корд. Друзья что-то кричали вслед, но не решились броситься в погоню, и она ворвалась в холодные океанские волны разгоряченной шипящей лавой. Левиафан подхватил её и утащил в темноту, где Марианна нащупала сверкающие нити и зажгла для себя подводный мир.
Через несколько часов, наполненных не сомнениями, но решительностью, они пересекли нейтральные воды. Над ними проплывали патрули боевых китов из разных стран, одни из них мирно расходились, другие бросались в погоню, третьи торопливо скрывались, едва успев показаться. Принцесса внимательно следила за всем, что её окружает, пока родные течения не подхватили их и не унесли вперед слишком быстро, так что случайный разведчик мог с удивлением обнаружить перед собой нежданных беглецов.
До подводного входа в Корпус оставалось совсем немного, и девушка остановила левиафана в зарослях склизких водорослей. Те с любопытством обвили широкие лапы Корда, его сильный хвост, окутали морщинистыми щупальцами Марианну, и тем самым предоставили замечательное укрытие от посторонних глаз. В этом месте дозорные всегда особенно ревностно выполняли долг, принцесса знала об этом и решила выждать. Как только над ними проплыли последние стражи, Корд со всего духу рванул к хорошо знакомому стойлу, обрывая мягкие длинные водоросли.
Принцесса осторожно вышла из воды, потянула родной, пропитанный запахом дерева воздух, и уселась на сухой пол. Всё здесь осталось по-прежнему, только вот дверь заменили — любимец не умел защищать хозяйку аккуратно. Она улыбнулась, чувствуя, как прилив любви и благородности окутывает её дремотой. Они оба вымотались и устали. Левиафан уже улегся в уголке — излюбленном для ночлега месте — и терпеливо ожидал Марианну. Никто не знает, что они здесь, а ворчанье из соседних стойл такое частое явление, что никто и не подумает об удивительных гостях. Девушка задремала, окончательно убедив себя в безопасности, и проснулась ранним утром от того, что Корд напряженно постукивает кончиком хвоста по полу.
— Что такое, мой хороший? — прошептала принцесса, сонно приоткрыв глаза.
Она села, протерла лицо и только сейчас заметила замершую у двери фигуру. Несмотря на полумрак, Марианна быстро узнала человека и нерешительно застыла — точно так же, как и он.
— Кто бы мог подумать, что ты вернешься, — прохладно произнесла Элла.
— Кто бы мог подумать, что ты будешь первой, кого я здесь встречу.
— Мы думали, ты погибла. Как тебе удалось выжить?
— Это сейчас неважно, — смягчилась принцесса и удивилась теплоте собственного голоса.
— А что важно?
— Знаю, последнее время мы с тобой не ладили…
— Не ладили?! Да ты меня по-настоящему ненавидела.
— Я была неправа.
— Это точно ты?
— Я, кто же ещё?
— Тебе не нужно было возвращаться.
