Они метались по комнате, нанося смертельные удары, от которых чудом уходили, подпрыгивали до самого потолка, чтобы обрушиться на противника со всей мощью, уворачивались так вертко, что позавидовали бы бродячие циркачи. В какой-то миг на лице Виктора растянулась ликующая улыбка. Он неожиданно оказался позади Марианны и заломил ей руки за спиной. Тогда девушка поняла — на протяжении всей схватки он лишь притворялся, что она для него настоящий противник, на самом деле он просто тянул время, но сейчас оно вышло…
— Смотри, — прошипел он и силой повернул её голову к брату, — как уходят последние секунды.
Девушка попробовала вырваться, но нечеловеческая боль сковала её плечо и окутала цепями тело.
— Разве не прекрасно это мгновение?
— Герман… — просипела принцесса. — Прошу… Герман…
— За все годы унижений и страданий, — продолжал шептать Виктор на ухо, — за все отказы, за презрение… Попрощайся с ним.
Ледяные пальцы сдавили тонкую шею Марианны, и комната поплыла пятнами.
— Гер…ман… — хрипела она, и ей показалось, что глаза брата приоткрылись.
— Вот и всё, — твердо проговорил глава ордена.
Девушка теряла сознание, но продолжала бессмысленную борьбу. Пальцы сильнее сжимали горло, пока наконец всё вокруг не окутала тьма.
В комнату ворвался свежий воздух и пробежал нежным дуновением по коже. Марианна пришла в себя, но долго не открывала глаза, боясь того, что может увидеть перед собой. Воображение услужливо подсунуло образ бледного, почти бездыханного брата, и сердце болезненно сжалось. Несколько минут девушка пыталась разобраться, где находится, и, когда осознала, что лежит на чём-то мягком и нечто невесомое согревает её тело, медленно приоткрыла глаза. Широкая кровать с воздушным розовым балдахином бережно хранила её в своих объятиях. С балкона лился белый свет, и невесомые занавески плавно колыхались от легкого ветра. Разноцветные лампы, которые она так любила, украшали покои в тех местах, которые выбрала она сама. Рядом на тахте дремала нянюшка. Её растрепанные волосы печально свисали вдоль лица, а сгорбленная спина, казалось, согнулась ещё больше.
Марианна приподнялась на локтях и почувствовала, как болят руки, спина, но больше всего шея. Она коснулась тугих повязок и разочарованно вздохнула.
— Детка моя! Слава морским богиням, о, слава морским богиням!
Пожилая женщина кинулась к кровати, игнорируя хруст в коленях, и, прижав ладонь девушки к губам, тихо заплакала.
— Как ты себя чувствуешь? Где болит? Есть хочешь? Я прикажу принести всё самое свежее, что есть на кухне!
— Нет, не надо, — ответила Марианна и удивилась своему разбитому голосу.
— Лежи! Куда вскочила?!
— Я хочу встать…
— Но тебе нужно оставаться в постели! — Женщина заставила любимицу вернуться обратно под шелковое одеяло.
— Как он?
— Кто? — холодея, проговорила Агата.
— Как Герман?
Комнату будто окутала осязаемая печаль. Принцесса дернулась, ощущая, как внутри неё безвозвратно рвётся сердце, но мягкая рука нянюшки привела её в чувство, когда погладила по щеке.
— Он жив, — произнесла женщина, — но сильно ранен.
— Насколько сильно?
— Не настолько, чтобы отправиться к морским богиням!
Марианна расслабилась и даже получила удовольствие от нахождения в мягкой кровати — её кровати. Но мысли побежали дальше, так и не дав достаточно отдохнуть.
— А Виктор? — снова спросила девушка.
— Прах этого предателя отправили к морскому дьяволу! — громко заявила Агата, но после её слов в комнате стало душно.
— Он был нашим другом…
— Он был змеей на груди всего государства столько лет!
— Он часто помогал нам… И мне, и брату… А для мамы вообще был опорой все эти годы… Я не понимаю, нянюшка, как он мог так поступить?
— Кто знает, что было в его больной голове.
— Наверное, это мы виноваты…
— Что?! — ошеломленно открыла рот старушка.
— Да, мы часто проявляли к нему грубость, указывали на своё место. Мы не были ему равными, а он не выносил этого…
— Но он и правда вам не ровня, — ответила Агата и смущенно потупилась.
— Теперь я понимаю, где мы совершили ошибку, но всё же… Желать всем нам смерти? Нет, не могу принять этого. — Она немного помолчала, а затем добавила: — Где мой брат? Я хочу его видеть.
— Он отдыхает…
Марианна снова села в кровати, но на этот раз никакие уговоры не помогли и ноги ступили на холодный мраморный пол.
— Я должна с ним поговорить.
— Позже, детка, тебе нужно отдохнуть…
— У меня нет на это времени. Мне нужна ящерица. Ты можешь найти её для меня?
Старушка подозрительно смотрела на бледное лицо принцессы.
— Я не сошла с ума, нянюшка, просто ты многого не знаешь.
— Мне показалось странным, что в покоях твоей матушки оказалось столько живности, но я отнесла это на тот случай, что там давно никто не появлялся, и все эти гады могли туда заползти, но сейчас ты просишь найти ящерицу и…
— Глупость, забудь, справлюсь и так.
Марианна сделала несколько шагов, её голова закружилась и, если бы не верные руки няни, она бы точно упала.
— Всё хорошо! — громко воскликнула принцесса и попробовала пойти ещё раз, но уже крепко держась за Агату.
— Только очнулась, а уже рвёшься куда-то! Разве так можно?
