Напарники покинули кабинет главного детектива. В отделе к тому времени практически никого не осталось, все разъехались по вызовам или на допросы, благо в архив теперь никто не наведывался. Несмотря на то, что вчера они разобрались с делами только к полуночи, Полина Сергеевна-таки принесла список подходящих по её мнению людей, среди которых мог бы затесаться причастный к убийствам в закрытых комнатах. Количество фамилий в нём было внушительным, так что к работе подключились все свободные детективы.
Огромное здание песочного цвета встретило их пышной белоснежной колоннадой. Фасад высился под три этажа, в окнах которых то и дело мелькали воспитанницы института. Учебный день был в самом разгаре. Миновав караул, они прошли сквозь одну из многочисленных арок к главному входу, почти сразу же наткнувшись на одну из классных дам, которая недавно сопроводила своих десятилетних воспитанниц на урок французского. Статная женщина с безупречной осанкой замерла рядом с вошедшей парочкой, она бы точно запомнила таких господ, ежели бы видела их ранее. Тем более представителя мужского пола, что были довольно редки в стенах института.
— Премного извиняемся за вторжение. — обратился к ней Герман, демонстрируя документы. — Я ведущий детектив отдела магического правопорядка Васнецов. Пожилая дама рядом — моя напарница Волкова. Подскажите, Мария Павловна на месте?
— Герман Игоревич. — обратилась к нему женщина, прочитав имя в документе. — И Полина Сергеевна. Мы не ждали отдел магического правопорядка, но, согласно указу императора Николая, не имеем права препятствовать вашему нахождению в Смольном. Прошу следовать за мной. К этому времени Мария Павловна обычно заканчивает обход и разбирает корреспонденцию у себя.
— Благодарю за понимание. — склонил голову в ответ детектив, выполнив её указания.
Оба были в институте благородных девиц впервые, поскольку вход был закрыт для посторонних. Воспитанниц старались оградить от внешнего мира и даже простые прогулки в саду строго контролировались классными дамами, денно и нощно бдевшими над воспитанницами. Полина Сергеевна с интересом осматривала внутреннее убранство, возводя в своём архиве новые стеллажи для этого великолепного места. Герман поглядывал по сторонам украдкой, скрывая любопытство, стараясь держать марку сдержанного служителя закона.
В стенах института было тихо, казалось, даже муха издавала больше звуков, чем воспитанницы Смольного, во многих аудиториях стояла гробовая тишина. Полина Сергеевна смерила взглядом ровную спину классной дамы, идущей впереди, отметив про себя, что та даже не стала задавать лишних вопросов, словно, вопреки её словам, их здесь уже ждали.
Начальница обнаружилась у себя за столом с многочисленными документами. При виде гостей женщина тут же поднялась и коротко кивнула подчинённой. Та присела в лёгком реверансе и покинула кабинет, закрыв за собой дверь.
— Приветствую вас в стенах Смольного института. Чем могу быть обязана визиту отдела магического правопорядка?
— Стало быть, представления излишни, Мария Павловна. Мы здесь потому, что вчера при странных обстоятельствах умерла ваша бывшая воспитанница Сухарева Мария Михайловна. Нам нужна информация о годах её обучения в Смольном.
«Леонтьева Мария Павловна. Магический дар — тысяча глаз, средней силы. Наблюдение за желаемыми предметами, людьми и помещениями в радиусе ста метров от объекта. — пронеслось в мыслях тёти Поли. — Вот как она узнала, что мы здесь»
— Дурные вести. — покачала головой женщина, бросив грустный взгляд на собеседников. — Мария была прилежной ученицей, мы всегда ставили её примером для подражания остальным смолянкам. За ней не числилось никаких серьёзных проступков, не припомню, чтобы классные дамы когда-то жаловались на её поведение. Возможно, вас интересует нечто более конкретное?
— По большей части следствие волнуют её отношения с Фроловой Прасковьей Фёдоровной, они были однокурсницами в Смольном, выпустились вместе три года назад. Нас так же интересует список девушек, которые близко с ними контактировали.
— Я знаю, что Прасковья после выпуска начала служить в особняке полковника Сухарева. Что касается отношений моих воспитанниц, не думаю, что они выходили за рамки обычной дружбы, если таковая была.
— Вы считаете, что девушки не дружили между собой?
— До выпускного курса я не припомню, чтобы видела их вместе. Прасковья была инициатором этих отношений, насколько мне известно. И я понимаю, почему она пыталась подружиться с влиятельной Сухаревой.
— Хотела обеспечить себя работой после выпуска, не так ли?
— Прасковья не блистала талантами, я бы не обратила на неё пристального внимания, если бы не дружба с Марией. Уж не знаю, чем та её привлекла.
— За ней не числилось несанкционированного использования магического дара?
— В Смольном строго запрещено использовать способности такого рода.
— Но это не касается вас, Мария Павловна? — внезапно спросила доселе молчавшая тётя Поли.
— О чём вы говорите?
— Как вы узнали, что мы вошли в институт?
— Увидела из кабинета.