Он галантно протянул руку тёте Поли, помогая той взойти по ступенькам на покосившееся крылечко.
— Елизавета Александровна, ещё раз прошу прощения, но мы не ждали вашего визита. И простите, но меня несколько смутил ваш плащ…
— Ох уж эти петроградские! — нахмурилась старушка. — У нас на Урале не принято ездить в парадном платье на окраины города! Что за невежество!
— Прошу прощения! — в который раз извинилась женщина и провела их внутрь, украдкой поглядывая на тётю Поли. — Кабинет начальника на втором этаже, иногда дети выбегают из комнат и галдят, сами понимаете…
— Я часто бываю в таких местах, не нужно пугать меня самым главным! — проворчала старушка, недовольно глядя на сопровождающую. — Лишь ради них Господь дал мне богатство и власть.
— Елизавета Александровна очень любит детей, в Пермской губернии все приюты получают ежемесячные отчисления с её капитала. Род Демидовых, к которому она принадлежит очень влиятелен в наших краях. — объяснил работнице Герман.
— Вы святой человек. — от былого настроя женщины не осталось и следа.
Дети с интересом высовывали любопытные носы из комнат, глядя на гостей, в их приюте редко кого-то забирали в семью. Маленькие глаза были полны надежды, которая, к сожалению, не могла осуществиться, ведь вошедшие были всего лишь детективами на задании.
— Вы пришли забрать одного из нас? — всё же робко спросила девочка лет пяти, во все глаза разглядывая высокого незнакомца и низкую старушку.
— Я пришла помочь, милая. — с замиранием сердца соврала тётя Поли, погладив её по светлой головке. — Я слишком стара, чтобы стать твоей матерью.
— Не беда! Бабушка тоже сойдёт. — расплылась в улыбке девочка, с удовольствием принимая столь редкую в этих стенах ласку. — Меня Света зовут! Я очень послушная и уже хорошо владею даром! Вам ведь только такие нужны!
— Почему ты решила, что нам важен твой дар? — спросил Герман, несколько удивлённый тем, что малышка сделала на этом такой акцент.
— Каждую неделю мы сдаём тесты, иногда по их итогам нас забирают в семьи.
— Света, прекрати докучать благотворителям! — резко прервала её подошедшая воспитательница. — Поди порисуй вместе с Варварой. — она мельком глянула на гостей и поспешила закрыть дверь.
— Я смогу пообщаться с детьми после разговора с вашим управляющим? — спросила тётя Поли, которую тоже насторожили слова девочки.
— Если Семён Поликарпович позволит, мы дадим вам поговорить с детьми, хоть это и нежелательно.
— Странно! В нормальных приютах мне с радостью разрешают общаться с малышнёй. Вы что используете наказания розгами? — нахмурилась старушка, буравя воспитательницу подозрительным взглядом.
— Простите за грубость, Елизавета Алексеевна, но в нашем приюте проживают лишь одарённые дети. Многие из них не контролируют свои способности и могут ненароком навредить почтенным господам. А мы не хотим этого допустить.
— Мой поверенный прекрасно владеет магией и в случае чего сможет без вреда для обеих сторон уладить любое досадное недоразумение.
— Я не в праве решать этот вопрос…
— Так, где там ваш начальник? С вами я уже достаточно поговорила.
— Прошу сюда.
Она замерла и постучалась в светлую деревянную дверь, что была будто недавно установлена, поскольку ещё пахла свежей древесиной.
— Семён Поликарпович! — позвала начальника работница. — К вам можно? Прибыли благотворители.
Внутри кабинета послышался скрип, топот ног, а затем дверь резко отворилась, явив взорам посетителей растрёпанного мужчину средних лет. Он поправил очки на носу, с интересом разглядывая тётю Поли.
— Вы и есть наш благотворитель, милейшая госпожа?
— А вы будете любезней своей работницы. Ей стоит поучиться хорошим манерам!
— Простите невежество Глафиры, мы совсем недавно открыли Фонд и даже не надеялись, что нас посетят так внезапно. Прошу, проходите в мой кабинет. — он открыл дверь, пропуская нежданных гостей внутрь. — К сожалению, у меня лишь одно кресло, вы не будете против постоять, молодой человек? Прошу присаживайтесь, госпожа?..
— Елизавета Александровна. Сами мы не столичные, приехали из Пермской губернии погостить у моей хорошей подруги Анны Павловны. В мои планы не входило оставлять капитал Демидовых в Петрограде, но ваш Фонд показался мне занимательным.
— Позвольте полюбопытствовать, как вы узнали о нас? Видите ли, мы не давали никаких благотворительных обедов, не ставили кружек для пожертвований. О Фонде знает лишь ограниченный круг наших частных благодетелей, силами которых приют ещё существует.
— Мы с подругой — госпожой Строгановой очень любим театр! Там и познакомились с милейшей домохозяйкой Сухаревых. Она порекомендовала мне поддержать ваш молодой Фонд. Редко встретишь человека готового позаботиться об одарённых детях. Мы на днях отбываем из Петрограда, посему решили не терять времени и сразу поехать к вам.
— Ох, я слышал о семейной трагедии в доме Сухаревых. Не передать словами, как печально, когда дети уходят вслед за родителями. Вы собираетесь на похороны?