— Эта мысль мне в голову приходила, — сказал он. — Я послал тебе вчера сообщение, прося людей и помощи.
Я нахмурился:
— Дома я ещё не был, но я уверен, что Сэр Харолд ответит вместо меня.
— Ответ я получил вчера, поздно вечером. Он обещал быть здесь до полудня со всеми людьми, которых, по его мнению, можно было собрать, не поставив под угрозу защиту Уошбрука и Замка Камерон, — сказал герцог.
— Значит, он сейчас как раз в пути, — сделал я наблюдение. — Как скоро вы планируете выступать?
— Как только он явится.
Я резко встал:
— Тогда мне нужно сделать кое-какие приготовления.
Джеймс мрачно посмеялся:
— Тебе всегда надо делать приготовления… храни нас небо. Лучше поспеши, я не буду задерживать людей, если ты не явишься к его приходу.
Уолтэр поднял взгляд, когда я вошёл в комнату, где я держал его под «домашним» арестом.
— Как ты себя чувствуешь? — спросил я. Он выглядел усталым, и у него под глазами были тёмные круги, но я каким-то образом понимал, что он шёл на поправку.
— Теперь, когда спал жар — гораздо лучше, — просто сказал он. — Хотя должен признать, что это ожерелье заставляет меня чувствовать себя слепым и беспомощным, поднял он ожерелье, с помощью которого я блокировал его магический взор, а также его силу.
Я говорил с охранниками, а также с теми, кто отвечал за чистку его раны в моё отсутствие, и они уже проинформировали меня относительно его состояния. Вчера наконец прошла вызванная его раной лихорадка, указывая на то, что он скорее всего выживет. Однако он всё ещё был довольно слаб.
— Думаешь, сможешь ехать верхом?
Он поморщился:
— Будет неприятно, но — да.
— Как ты относишься к шиггрэс?
— Как и всякий приличный человек: они — твари, которых не должно существовать, и угроза для всех нас, — сразу же ответил он. Помедлив, он добавил: — Они также пугают меня до потери пульса.
— Разумный ответ, однако должен сказать… большинство приличных людей даже не знают об их существовании, — сказал я, сев рядом с ним, чтобы лучше видеть его лицо во время нашего разговора.
Он посмотрел на меня с тревогой на лице:
— Ты ведь их нашёл, да?
— Нашёл их Джеймс Ланкастер, — проинформировал я его. — Мы выезжаем из его донжона через несколько часов, чтобы спалить их в их гнезде.
— Ты ведь знаешь, что они едят магию так же легко, как души людей, так ведь? — нервно сказал он.
— Я уже сражался с ними, — сказал я ему. — Я бы хотел, чтобы ты видел то, что случится сегодня, и вполне возможно, что мне может понадобиться твоя помощь.
Он указал на свою раненную ногу:
— Я только что вернулся с порога смерти. Я не уверен, какая от меня будет помощь, особенно учитывая это, — коснулся он рукой кулона у себя на шее.
— Мой отец был дружен с твоим старшим братом, ты знал об этом?
Он кивнул.
— Тогда почему ты ничего об этом не сказал? — с любопытством сказал я.
— Я — пленник. Что бы я ни сказал, это будет выглядеть так, будто я пытаюсь подлизываться. К тому же, ты никогда не знал своего отца, так что нет никакого способа проверить такое утверждение, — разумно ответил он.
Его ответ мне понравился:
— Если я сниму это ожерелье, ты дашь мне одно обещание?
Он подозрительно посмотрел на меня:
— Возможно — зависит от того, что это за обещание. И, что важнее — насколько ты ценишь моё слово?
Я не был уверен, как на это ответить, но я доверял тому, что мне поведала Пенни. Я также обнаружил, что чем больше я говорил с Уолтэром, тем меньше я его ненавидел. Он определённо не был человеком, предающимся насилию или агрессии. Если уж на то пошло, он мог даже быть несколько трусоватым, хотя у меня пока не было способа это проверить. Но у меня сложилось впечатление, что он был человеком как минимум сострадательным — человеком, которого жестоко использовали.
— Его ценность будет зависеть от того, как ты его сдержишь. Предай меня — и второго шанса тебе никогда не выпадет, — серьёзно ответил я.
— Если оно будет идти вразрез с моей нуждой в защите моей семьи, то слова я не дам. Если дам, а потом позже узнаю, что ставлю свою семью под удар, сдерживая обещание, то я нарушу его не задумываясь. Ты готов поверить такого рода чести?
Я подумал о Сайхане с его нерушимыми клятвами. Если бы я не знал его, то у меня мог быть другой ответ, но теперь я был мудрее в этом отношении:
— Звучит как именно такая честь, которой я поверю. Помоги мне с этим, Уолтэр, и, если возможно, я сделаю всё, что смогу, дабы помочь тебе безопасно вернуть семью.
Он вздохнул:
— Ладно. Говори, какую клятву ты от меня хочешь.
— Поклянись, что не будешь пытаться убежать, или использовать свою силу против меня. Поклянись, что будешь следовать моим приказам, покуда они не опасны для твоей семьи. Поклянись в этом, и я сниму с тебя ожерелье.
Уолтэр внимательно наблюдал за мной, пока я говорил, а когда я закончил, он ответил:
— Клянусь в этом, — произнёс он. Чуть погодя он добавил: — Теперь я вижу, почему король боится тебя.
— Что ты имеешь ввиду?
— Будь он таким, как ты, он никогда бы не взял мою семью в заложники, да и не испытывал бы в этом необходимости, — объяснил он.
— Ты меня не знаешь, Уолтэр, — ответил я.
Он засмеялся:
