Провести эту ночь оказалось настолько трудно, насколько я и предполагал. Я метался и ворочался большую часть времени, а остальное время спал урывками. Ночью я постоянно просыпался, и обнаруживал, что глазею на маленькую деревянную шкатулку, стоявшую на моём прикроватном столике. Каждый раз мне казалось, что вставленный в крышку рубин мигнул, и каждый раз я обнаруживал, что это было лишь вымыслом, порождённым моим спящим разумом.
Утро застало меня сидящим на диване, одетым и проснувшимся, наблюдающим за стоявшей в противоположной стороне комнаты шкатулкой. Учитывая время, в которое они выехали из Албамарла, я в любой момент ожидал записки от Джеймса, однако рубин на крышке упорно отказывался загораться.
— Входи, — громко сказал я в направлении двери спальни. По ту сторону стояла Роуз, собиравшаяся было постучать, но я уже ощутил её приближение. Она открыла дверь, и заглянула внутрь.
— Есть известия? — с тревогой спросила она. Несмотря на ранний час, она была одета в изящное платье, и её волосы были тонкой смесью косичек, уложенных, чтобы удерживать остальные её распущенные волосы. Я не мог и вообразить, как она умудрилась достичь такого чуда. Пенни была гораздо практичнее, когда доходило до утренней причёски… покуда волосы были подвязаны, и не мешали ей, она была довольна.
— Нет, — резко сказал я. — Почему ты так одета? — задал я вопрос. Настроение моё было кислым, иначе в обычном состоянии я не был бы так груб.
Если я её оскорбил, то она этого не показала:
— Я нервничаю, а когда это случается, мой первый инстинкт — заниматься вот этим, — показала она на свои платье и волосы. — Я виню в этом своё воспитание.
Меня подмывало спросить её про оружие, которое она прицепила к своему бедру, и спрятала в лифе, не говоря уже о стальном штыре, укрытом среди её косичек — но я промолчал. Если я раскрою своё знание этих вещей, то это может привести к неприятному разговору о том, что ещё я мог заметить.
— Ты ела? — спросил я.
Она пожала плечами:
— Мой живот полон бабочек. Я пока ничего туда не помещала, — сказала Роуз. С минуту она осторожно изучала меня, прежде чем снова заговорить: — Ты планируешь встретиться с Королём в таком виде?
Этот вопрос едва не заставил меня рассмеяться:
— А какая разница? Я собираюсь убить его, когда увижу… так или иначе.
Она прикусила губу, показав кончики своих тонких, белых зубов:
— Потому что я пойду с тобой, и я отказываюсь быть увиденной в сопровождении чурбана в грязной льняной куртке и залатанных кожаных сапогах.
Это привлекло моё внимание, и мой взгляд упёрся в неё:
— Ты со мной не пойдёшь.
Глаза Роуз засверкали, когда она почуяла вызов:
— Насколько хорошо это сработало, когда ты сказал это Пенни?
Тут она меня уела. По большей части это кончалось тем, что Пенни всё равно отправлялась со мной.
— Не важно, — сердито ответил я, — ты — не моя жена, — добавил я, встав, чтобы не давать ей дальше смотреть на меня сверху вниз.
Она от вызова не отказалась — вместо этого она вошла в моё личное пространство, и встала буквально в дюймах от моего лица:
— Твоей жены здесь нет, и пока ты её не вернёшь, я — главная по уходу за тобой, — выдала Роуз. Меня захлестнуло странное желание задушить её, но я удержал себя в руках. Я видел, как при дыхании расширялись её ноздри, и ощутил, что краснею. Напряжение, которое я чувствовал, было не просто гневом, и если бы я коснулся её, то это не прекратило бы ссору. Это было бы гораздо хуже.
— Ладно, — сказал я, отступая от неё, ища более прохладного воздуха, чтобы унять свои эмоции. — Но я не несу ответственности, если с тобой там что-то случится. Я не могу гарантировать твою безопасность.
— Я этого и не прошу, — спокойно ответила она. — Почему бы тебе не пойти принять ванну, а я пока посмотрю, какая одежда у тебя есть, — добавила она со спокойствием, противоречившим гневу, который она показала мне лишь за миг до этого.
Я вышел, и отправился искать Джо МакДэниела. К тому времени, как я его нашёл, я принял решение последовать её совету, и принять ванну. С прошлого раза прошло несколько дней, и я начинал попахивать.
Вместо того, чтобы приказать принести медную ванну в мою комнату, как обычно делала Пенни, я использовал общие бани в казармах. Учитывая состояние моего сознания, и уже витавшие в воздухе этим утром гормоны, это показалось мне наиболее безопасным вариантом. К счастью, Джо не стал спрашивать, почему мне внезапно захотелось помыться там — он просто показал мне, где лежали полотенца и прочие вещи.
Обычно в бани ходили вечером, поэтому других моющихся не было, но и огонь не горел, поэтому мне пришлось обойтись холодной водой. Это на самом деле подошло мне больше, чем я хотел признавать.
Когда я наконец вернулся в свои покои, я был в гораздо лучшем расположении духа. Первым, что я увидел, войдя, была одежда, которую Роуз разложила для меня на кровати. Я проигнорировал её, и проверил деревянную шкатулку, но свет всё ещё не зажёгся.
