– Тридцать один год.
– У вас есть семья, друзья, близкие?
– Это есть в формуляре наградной грамоты?
– Нет, конечно, – юстициар поднял глаза от пергамента. На его лице была едва заметная улыбка. – просто любопытство. Ваш метод произвел на меня впечателение, а я становлюсь излишне любопытен в отношении людей, которыми впечатлен. Вероятно, это издержки профессии.
– Нет. У меня нет ни родни, ни друзей.
– Совсем никого?
– Вероятно, это тоже издержки профессии.
Юстициар вновь взглянул в лицо охотника, улыбка стала чуть шире.
– Надолго планируете задержаться в Паруа?
– Чудный городок, господин юстициар, пожалуй, побуду тут еще немного.
– А когда вы прибыли в город?
– Позавчера.
– И вам хватило одного дня, что бы найти преступника?
– Я в Паруа впервые, поэтому это заняло так много времени.
Юстициар рассмеялся, а помощник выдавил из себя нечто похожее на оскал.
– Вы слышали, Малверст? Сколько Трайп уже был в розыске?
– Две недели, гсоподин юстициар.
– Все верно. – смех и даже улыбка испарились с лица Ярре. – Две недели несколько десятков субъектов, вроде вас, искали беднягу Вольмо Трайпа, а вы Фогриппер управились всего за день? Может, поделитесь, как и где вы нашли убийцу?
– К сожалению, я не могу, иначе в следующий раз я могу не выдержать конкуренции с десятками кого-то, вроде меня.
– Что ж, понимаю. – на лице юстициара вновь заиграла легкая улыбка. – Продолжим, у вас есть с собой оружие?
– Только нож, для самообороны.
– И вам удалось схватить опасного престпника, имея всего лишь нож?
– Разумеется. У преступника то ножа не было.
– Могу я взглянуть на ваш нож?
Аркус, пожав плечами, достал из ножен свое оружие и передал юстициару.
– Солидно, – присвистнул Ярре, – я таких не видывал. Похож на наградной.
– Так и есть, его подарили моему отцу за заслуги. Вы могли заметить гравировку «Нотториус» на клинке.
– Как же, заметил. А кто ваш отец?
– Он был коллегой господина Малверста.
– Был?
– Да, был.
– Понимаю, соболезную.
– Спасибо.
Ярре передал обратно нож Аркусу.
– Вы согласны с суммой положенной вам награды?
– У меня нет выбора.
– Признаться, соглашусь с вами. Вот прочтите и подпишите.
Фогриппер принял перо и слегка присыпанный песком пергамент, исписанный ровным идеальным почерком. Ярре не соврал – он был явно увлечен каллиграфией.
Пробежав глазами по строчкам, охотник кивнул и размашисто расписался под текстом. Настала очередь Малверста, который долго и упорно читал наградную грамоту, шевеля губами. Наконец он тоже коротко кивнул и поставил кривую «М» рядом с «Помощник командора стражи Р.Б. Малверст»
– Что ж, хорошо, – Ярре откинулся на стуле, – Малверст, можете передать господину Фогрипперу его награду, за вычетом всех налогов и податей.
Потный помощник кивнул и, схватив мешочек с деньгами, уже было дернулся в сторону Аркуса, но мгновение помедлив запустил пальцы в кошель и достал помутневший серебряный.
– На канцелярию, – декламировал Малверст и уже тогда, стянув как можно сильнее мошну шнурком, передал ее Фогрипперу. – Это твое, наемник.
– Благодарю.
Фогриппер встал и повернулся к двери.
– Господин Фогриппер, – почти виноватый и робкий голос юстициара раздался из-за спины, – вы случайно не собираетесь вернуться на базар?
– Собираюсь, господин юстициар.
– Вы не против, если я составлю вам компанию, мне по пути с вами.
– Как господину юстициару будет угодно.
Охотник ожидал, что дорога на площадь станет продолжением ненавязчивого допроса в исполнении Ярре. Но как ни странно юстициар больше не пытался ничего выведать. Напротив он рассказывал о достопримечательностях, рекомендовал к посещению некоторые заведения, и совершенно по керужски восторгался гением керужских же архитекторов, спланировавших Паруа.
– Аллея Бруттон, право слово дивное место, господин Фогриппер. К сожалению, не часто доводится прогуляться по этой прелестной улице. Мне кажется, что Бруттон- это небольшой кусочек столицы, перенесенный в Паруа. Лучшие магазины и мастерские расположены именно здесь. У нас, знаете ли, уже есть целых две парфюмерных мастерских.
– Уже есть?
– Да. Старина Лукка владеет своей мыловарней уже лет тридцать, но вот мадам Павлиета привезла к нам сюда из столицы новые модные ароматы. Многим мужчинам пришлось крепко раскошелиться на душистое мыло, и ароматные масла для своих дам.
– То есть мадам Павлиета не так давно в городе?
– Не больше полугода. Ей чрезвычайно повезло, что Юлий Кемнер продал ей свою кондитерскую мастрескую. Впрочем, его уже ничего не держало в городе, ибо его бедняжка жена умерла, будучи на сносях.
– Какое несчастье, – Аркус проявил искреннее участие, – а от чего умерла жена Кемнера?
– Так и не удалось установить. Врачи говорили, что признаков болезни не было, а бедняга Юлий с ножом в руках защищал тело жены, препятствуя вскрытию. В конечном счете, командор стражи решил исполнить волю вдовца, и усопшую похоронили как есть.
– И часто у вас такое случается?
