Он дал задание нейросети вычислить вероятность успешного выхода через пробой и получил ответ: шестьдесят процентов. Такой процент был очень высок, но оставшиеся сорок процентов наводили на грустные мысли. Сможет ли он выдержать или нет? Он пару раз глубоко вздохнул и в смятении застыл, не зная, как поступить. С одной стороны, из Преисподней он мог попасть куда хотел, но вероятность гибели была высокой. Он со стопроцентной вероятностью выйдет из подземелий на поверхность в Преддверие, но когда вернутся Лерея и Листи, чтобы помочь ему покинуть Инферно? Этого никто сказать не мог, время в лабиринте детей бога текло по другим законам, и они могли там пробыть сотни или тысячи лет, и тогда Исидора все равно, не дождавшись Алеша, погибнет.
«Куда ни кинь, везде клин», – подумал Прокс и снова сделал десяток глубоких вздохов. Затем собрал всю свою решимость и волю, развернулся и направился обратно вглубь зачарованного подземелья.
Пока все знакомились и обсуждали свои дела, я представил себе картину будущего. Я увидел, как возрастает влияние Высшего совета среди простых эльфаров. Для них это был единственный понятный и авторитетный орган власти, с которым они связывали надежды на победу в войне.
Принцесса Аврелия воспринималась ими как незначительный элемент государственного устройства, на который не стоит обращать внимания. Снежные эльфары приняли ее как будущую правительницу, избранную Высшим советом, не вникая в детали. Аврелия, по малолетству, не вмешивалась в политику, а Тора, отказавшись от власти ради замужества, стала ее опекуншей, и это всех устраивало. Никто не задумывался о том, что будет через десять лет.
Я был вынужден признать, что не оценил девочку по достоинству. Мимолетное знакомство с Аврелией, которое произошло по просьбе Демона и никогда не занимало мои мысли, стало главным элементом будущих конструкций государственного устройства снежных эльфаров. Этот незначительный элемент неожиданно стал краеугольным камнем в моих планах. «Кто бы мог подумать?» – мысленно поразился я резкому повороту событий.
После того как был сформирован Высший совет и определена фигура будущего правителя, казалось, все были довольны, за исключением значительной части глав Старших Домов. Они объединились в партию, которая не воевала с Лесом и не подчинялась Высшему совету. Будущее Снежного княжества оставалось туманным, но это не имело значения. Придет время, и все тайное станет явным. Главное, что моя конструкция будущего работала и разрушала планы Рока. Теперь он должен был задуматься о том, как действовать.
– Что скажете, ваше высочество? – услышал я вопрос, обращенный ко мне. Я очнулся и спросил:
– Что?
– Что думаете о наших дальнейших планах?
– Я согласен с ними, – ответил я, хотя ничего из того, что обсуждали снежные эльфары, не слушал.
– Очень хорошо. А что будете делать вы? – спросил Чарта-ил.
– Я? Я буду заниматься своими делами, леры. Ваша помощь мне не нужна. Народ снежных эльфаров должен видеть в качестве главных действующих лиц членов Высшего совета.
– Но мы вас тоже включили в Совет! – воскликнул лер Чарта-ил. – Разве вы этого не поняли? Вы же кивали и соглашались, когда мы обговаривали этот момент.
– Да? – удивился я. – Видимо, в этот момент я задумался. Не стоит меня включать в Совет. Это отпугнет глав многих Домов, которые все еще верят в свою исключительность. Я буду помогать из тени, незаметно, как сейчас. Это будет более правильным в создавшихся условиях. И вообще, лер Чарта-ил, вы проявили себя как герой, защитив столицу. Будьте смелее, напористее и не позволяйте таким, как Манру-ил, себя обмануть. Аврелия, а ты смотри, слушай и потом подсказывай леру Чарта-илу, кто строит против него и против Совета козни.
– Это я могу, – зарделась девочка, гордая от поручения, которое я ей дал.
Лер Чарта-ил с сомнением взглянул на девочку, а она с недетской иронией посмотрела на него.
– Лер Чарта-ил, а вы влюблены в хуманку, – произнесла она, – и вы с ней…
– Остановись, – посерел лер Чарта-ил. – Я верю, что ты обладаешь даром, и буду рад принять твою помощь.
Он обеспокоенно оглядел нас. Я же, сохраняя спокойствие на лице, мысленно усмехнулся. Остальные проявляли любопытство, желая узнать, кто эта осчастливленная хуманка. Их желание можно было прочитать по лицам. Эльфар, влюбленный в человеческую женщину, это… что-то небывалое. А я понял, что Мардаиба под личиной Эрны сумела взять в оборот снежного эльфара. Но это даже хорошо. Она не даст ему проявить слабость… Как раз в это время она и вышла со мной на связь. Голос ее звучал удивленно.
– Господин, тут моя сестра топчется рядом. Говорит, что она ваша раба.
– Кто? – не понял я и произнес это слово вслух. Видимо, оно звучало удивленно и требовательно. Лер Чарта-ил принял это на свой счет и стал мучительно заламывать руки.
– Не заставляйте объявить это имя вслух. Не мне, ваше высочество, раскрывать тайны, от которых может быть урон чести не только мне.
