– Приветствую тебя, Хранительница сердца мира, – его голос прозвучал торжественно, словно эхо из далеких веков.
Листи огляделась, чувствуя, как ее сердце бьется быстрее.
– Я? – спросила она неуверенно. – Вы говорите со мной?
– С тобой, демоница из Инферно. Ты прошла долгий путь и обрела мудрость. В твоих руках амулет, который дарует силу. Используй его разумно, ибо твое служение только начинается. Иди, тебя ждет твой народ, Хранительница сердца мира.
И в тот же миг Листи исчезла в ослепительной вспышке света, словно растворяясь в самом воздухе. Она ощутила жар, пронзающий тело, и очутилась у огненного озера. Ее одежды вспыхнули золотом, и она почувствовала себя жрицей огня, вернувшейся домой.
Лерея, следовавшая за Листи, вошла в помещение, но статуя не ожила. Демоница растерянно огляделась.
– Заходи, не бойся, – раздался голос, и Лерея вздрогнула. Ожившая статуя смотрела на нее, словно видела насквозь. – Будь верной подругой для Хранительницы.
В тот же миг Лерея оказалась в вихре хаоса, который закружил ее, разрывая на части. Когда туман рассеялся, она стояла на вершине замка, ее одежды сияли серебром, а тело излучало холодное синеватое свечение.
– Я дома, – прошептала она, облегченно выдохнув.
Элларион, третий из пришедших, вошел в помещение. Его взгляд встретился с глазами статуи, и она, ожив, заговорила с ним.
– Иди к своему народу, великий князь Вечного леса. Помни, у тебя есть союзник, которого ты найдешь сердцем.
Элларион хотел что-то ответить, но зеленые листья закружили его, унося прочь. Он оказался на ветвях могучего дерева, которое возносилось к самым облакам.
– Дом, родной дом, – прошептал он, вдыхая свежий воздух. Птица села ему на плечо, защебетав. – Да, я знаю, ты давно ждала меня. Я вернулся.
Жермен и Мустар вошли вместе, зная, что их ждет испытание. Статуя заговорила с ними, и Жермен услышал:
– Ты получишь служение у гномов. Храни свой народ.
– Я? – сильно удивившись, успел спросить Жермен. Но его слова были прерваны вихрем элементалей, которые унесли его прочь. Он оказался на горе, окруженный птицами, которые смотрели на него умными глазами.
– Как много работы, – вздохнул он.
Жермен пропал внезапно, и Мустар, оставшись один, услышал голос и вздрогнул.
– Тебе, Мустар, я отдаю моря и океаны. Это огромная власть, используй ее разумно.
– Э-э-э… – растерянно затянул Мустар, но статуя исчезла.
Мустара подхватило темное облако и понесло ввысь. Когда оно растаяло, он оказался на острове с дымящим вулканом.
– Не очень-то приветливое место, – пробормотал он, оглядываясь.
Последним вошел Посейдон, с трепетом и страхом. Он растерянно огляделся.
– Эй! – позвал он. – Где вы?
– Они ушли исполнять свое предназначение, старик, – ответил голос статуи.
– Я старик? – изумился Посейдон. – Я Посейдон, хранитель морей и океанов.
– Ты никто, старик. Твоя судьба в твоих руках. Иди навстречу ей, – произнес голос, и Посейдон провалился сквозь пол.
Его сердце екнуло, но он не застрял. Он очутился в пустыне, где из-под земли вырывались огненные всполохи. Рядом сидели двое изможденных людей, и самый маленький спросил:
– Ты кто такой, старик?
Посейдон открыл рот, но вместо заготовленного ответа произнес:
– Я никто…
Авангур исчез, а я позвал грессу Ольгирну. Она пришла ко мне, тихая и покорная.
– У меня есть разговор, – начал я. – Я был на горе у Беоты, там царит хаос, и жрицы не знают, как действовать. Если вы вернетесь к себе, то займете лишь низшие позиции. Я говорю открыто, потому что видел, как там распределяли власть.
У вас есть три варианта. Вернуться домой и стать служанками. Остаться с мужчинами и выйти замуж за тех, кто вас возьмет, но вам не будет места во главе, главным я назначу мужчину. Гресса будет магиней и советницей. Или же вы можете остаться здесь, на моей горе, и создать новый дом, перестроить город по своему усмотрению, выбрать себе мужчин из числа воинов.
Я подвел ее к краю балкона.
– Если вы решите остаться, то будете жить там. Но ваша задача – защищать новый дом как свою честь.
Гресса прикусила губу и задумалась.
– Многие младшие грессы останутся с мужчинами, господин, они и так с ними сожительствуют, им не нужна власть. Часть захочет переселиться сюда, я тоже перееду. Можно мне взять с собой одного из старших командиров?
– Можно, – согласился я. – Раз мы договорились, то пошли, проведем совет с остальными. Ильридана? – позвал я, но мне никто не ответил. – Чернушка, – позвал я, и из дверей зала выбежала моя чернокожая невеста, уже заметно округлившаяся.
– Я здесь, – защебетала она.
«Хитрюга, – подумал я. – Показывает Ольгирне, что у нее новое имя».
– Пошли, будем разговаривать с дзирдами, ты у них старший командир на какое-то время.
Она очаровательно улыбнулась и с вызовом посмотрела на грессу. Та смиренно опустила взгляд.
Совет командиров и гресс собрался в центре лагеря. Все настороженно смотрели на меня, Чернушку и свою командиршу Ольгирну. Я молчал, говорила Ольгирна – сильно и убедительно. Я уже сделал свое дело, смоделировал их будущее, но решил поприсутствовать.
