21-22 мая 1809 г. в знаменитой битве при Эсслинге снова блистательно зарекомендовали себя немецкие союзники, на этот раз гессенцы, поддержанные уже упомянутой нами баденской бригадой. На долю этих войск выпала задача оборонять деревню Асперн от многократно превосходящих по численности австрийцев. Вот как описывает знаменитый историк кампании 1809 г. и ее активный участник генерал Пеле эту героическую оборону: «Массена, то на коне, то пеший, со шпагой в руке ободрял всех пламенным взглядом. Он водил солдат в атаку и руководил обороной. Вокруг него падали убитые и раненые адъютанты, но пули словно щадили "любимое дитя победы". Во главе неустрашимых 26-го и 18-го полков, доблестных гессенцев и баденцев, маршал не прекращал сражаться с окружавшими его австрийцами. Французы превзошли здесь самих себя, а иностранные части старались сравняться с ними в отваге»19. Пылающий Асперн переходил из рук в руки. Когда в деревню в очередной раз ворвались австрийцы, несколько стрелков гессенского лейб-полка оказались отрезанными от своих. Командование над этой группой принял простой горнист по фамилии Вальц. Гессенцы забаррикадировались в каменном доме и мужественно отражали яростные атаки врага. Когда австрийцам все же удалось выломать двери и ворваться внутрь, Вальц, уже раненый, перевел оставшихся в живых товарищей на второй этаж. Горстке храбрецов удалось продержаться там до тех пор, пока австрийцы не были в очередной раз выбиты из Асперна.
В то время, как пехота Рейнской конфедерации храбро защищала Асперн, немецкая кавалерия вместе с французской без устали ходила в атаки, чтобы прикрыть слабый центр наполеоновской армии. В этих атаках также отличились гессенцы (шеволежеры) и баденцы (легкие драгуны).
Признавая огромные заслуги союзных полков, Император посетил 29 мая гессенские части на о. Лобау, и двадцать два креста были лично вручены им отважным немецким солдатам. Был награжден и уже известный нам горнист Вальц и его товарищи, оставшиеся в живых.
Впрочем, было бы, без сомнения, неверно утверждать, что с 1809 г. немецкие и другие союзные части стали неразрывной составляющей единой императорской армии и их боевые качества равнялись таковым у французских полков. Если баденцы, гессенцы и вюртембержцы повсюду вели себя безупречно, ни в чем не уступая своим французским товарищам по оружию, то были и другие, если и отличившиеся, то, скорее, в отрицательном смысле. Прежде всего это относится к молодой вестфальской армии.
