Естественно, что, взяв власть в свои руки, Бонапарт не мог оставить военную администрацию в таком состоянии. Необходимость реформ ощущалась чрезвычайно остро, и они были незамедлительно осуществлены. Однако не следует забывать, что в момент, когда молодой генерал стал главой французского государства, война продолжала полыхать. Мы уже неоднократно отмечали, что многие проекты глубоких изменений в организационной структуре армии, в ее уставах, боевой подготовке, материальной части разбивались об этот факт. Тем более сложной и требующей большего времени и неторопливых вдумчивых реформ была административная система. Конечно, Бонапарт разогнал самых явных жуликов и коррупционеров, но в короткие сроки полностью изменить весь механизм обеспечения армии ему было не под силу. Непродолжительная мирная передышка 1802-1803 гг. позволила провести только ряд самых неотложных реформ, и они походили скорее на временную починку старого здания административной системы, чем на его капитальный ремонт. Поэтому возобновившаяся война, не прекратившаяся до самого падения Империи, законсервировала структуру военной администрации в некоем переходном состоянии, так и не позволив Императору создать в корне новую и эффективную систему, подобно тому, как ему удалось это сделать в области гражданского управления.
Первым, самым срочным делом в системе военной администрации было восстановление эффективного контроля за количеством личного состава в строю и, соответственно, за правильным расходованием государственных средств. Для этого, как понятно из вышесказанного, институт военных комиссаров, даже очищенный от явных мошенников, уже не подходил, поэтому, учитывая невозможность немедленной радикальной перестройки системы военной администрации, было сделано следующее:
функции военных комиссаров были разделены между двумя ведомствами. Все, что касалось продовольственного и вещевого снабжения, госпиталей и транспорта, по-прежнему осталось в ведении военных комиссаров. Зато все функции, относящиеся к «организации, комплектованию, расформированию воинских частей, жалованью, выплачиваемому войскам, финансовой отчетности, ведению регистров личного состава...»7 передавались теперь так называемым инспекторам по смотрам (inspecteurs aux revues) - новому административному институту, учрежденному указом от 9 плювиоза VIII года (29 января 1800 г.). Корпус инспекторов должен был состоять из 6 генеральных инспекторов, 18 инспекторов и 36 младших инспекторов. На деле он быстро разрастался и накануне войны 1812 г. он уже насчитывал в своих рядах 202 человека: 6 генеральных инспекторов, 41 инспектор, 125 младших инспекторов и 30 помощников инспекторов (adjoints). По мысли Первого консула, инспекторы по смотрам должны были быть элитой военной администрации. В их ряды были приняты лучшие из военных администраторов, а также ряд генералов, в том числе дивизионных. Мундир инспекторов по смотрам должен был подчеркивать их высокое положение: он был алого сукна, богато украшенный пышным золотым шитьем. Правда позже, в 1806 г., мундир был заменен на более скромный - светло-синий, с шитьем из серебра. Стендаль вспоминал об этом мундире: «Тщеславие всех военных комиссаров было чрезвычайно возбуждено учреждением должности и еще более установлением мундира инспекторов по смотрам. Кажется, тогда я видел генерала Оливье с его деревянной ногой, недавно назначенного главным инспектором по смотрам. Это тщеславие, достигшее высшей степени благодаря расшитой шляпе и красному мундиру, было главной темой всех разговоров в домах Дарю и Кардонов»8.
