Слушая эти слова, Эмили чувствовала себя так, будто стоит на самом краю пропасти. Еще шаг, и она может навсегда разительно изменить всю свою жизнь.
– К тому же он не имеет видов на твое приданое, в отличие от сынков аристократов, которые тоже хотели бы на тебе жениться. Тебе не придется выступать хозяйкой бесконечных званых обедов и ужинов, не придется вести светских бесед с людьми, которые тебе не нравятся, не придется рожать ребенка за ребенком. Если ты выйдешь за Хью, ты станешь свободной… Не этого ли ты хотела всю свою жизнь, Эмили?
– Исключено! – пронзительно крикнула Арабелла.
– Это не имеет к тебе никакого отношения! – резко отрезала Эмили.
– Имеет, и самое прямое, – ответила Арабелла.
Дело происходило в гостиной на Хановер-Тэррас, когда Чарльз и Эмили явились к ней с этой новостью.
– Эмили, ты понятия не имеешь, что ты делаешь. Выйдя за этого человека, ты сломаешь себе жизнь!
– Это моя жизнь, а не чья-нибудь, даже если я ее сломаю, – сказала Эмили. – К тому же я уже дала ему свое согласие, так что теперь уже слишком поздно.
– Ничего еще не поздно, разумеется!
– Я, в отличие от тебя, Арабелла, держу свое слово. Если я говорю человеку, что выйду за него, я его не обманываю. Кроме всего прочего, Чарльз поддерживает меня в этом решении.
– Конечно, не поддерживает, как он может поддерживать такое? – Арабелла резко обернулась к мужу. – Чарльз?
Чарльз неловко заерзал:
– Ну, все так, как уже сказала Эмили, – это ее выбор, за кого идти замуж.
Арабелла непонимающе уставилась на него.
– Вот видишь, – сказала Эмили и встала. – Все, довольно, я слишком занята, чтобы сидеть тут и обсуждать уже решенные вопросы.
– А кто из вас сообщит эти сногсшибательные новости вашим родителям? – поинтересовалась Арабелла.
– Я, – ответила Эмили, направляясь к двери.
– Они никогда не дадут своего согласия на это! – крикнула Арабелла ей вслед.
Арабелла лежала на кровати в длинной шелковой ночной рубашке цвета слоновой кости и наблюдала за Чарльзом, который тоже начал раздеваться.
– Расскажи мне, Чарльз, а тебе это все зачем? – спросила она, холодно глядя на мужа.
– Мне? Я не понимаю, о чем ты говоришь.
– Все ты прекрасно понимаешь, Чарльз. Ты бы ни за что на свете не допустил этого, если бы в этом не было твоего корыстного интереса.
Он бросил на нее злой взгляд.
– Тебе следовало бы следить за своими словами.
Она начала смеяться.
– Ты вышел на новый уровень, пал еще ниже. То, что ты предаешь свою сестру ради финансовой выгоды, какая бы она ни была…
– Это грязная ложь!
– Впрочем, в этом, думаю, нет ничего удивительного. Я имею в виду, если тебе удалось с помощью интриг и хитрости не допустить того, чтобы твой брат женился на мне, то подтолкнуть подобным же образом свою сестру к браку с Фитцроем трудности для тебя уже не составляло.
– Я никого не обманывал, чтобы подтолкнуть к чему-то или удержать. Насколько мне помнится, это ты никак не могла выбраться из моей постели.
– Чарльз, я прошу тебя остановить Эмили и не допустить этого. Если она для тебя хоть что-то значит, не позволяй ей выходить за Фитцроя.
– Как будто Эмили станет меня слушать!
– Ты единственный человек, к чьим словам она прислушается! – Голос Арабеллы перешел на крик. – Она делает это из открытого неповиновения своим родителям и своей семье. И ты обязан остановить ее!
– Как она уже сказала, к тебе это не имеет ни малейшего отношения, так что не лезь не в свое дело! – прорычал он с искаженным от гнева лицом.
Дверь в их спальню открылась, и в комнату вошла Пруденс.
– Мама, папа, – сказала она, сонно потирая глаза руками.
Арабелла бросила на Чарльза уничтожающий взгляд, быстро подошла к Пруденс и взяла ее на руки.
– Прости, детка, – сказала она успокаивающим тоном. – Мы тебя разбудили?
Пруденс кивнула.
В комнату порывисто вошла Изабель.
– Мадемуазель Пруденс! Простите, миледи, – она незаметно выскользнула из детской, не разбудив меня! – Изабель забрала ребенка и быстро понесла ее обратно в детскую.
Арабелла повернулась к Чарльзу:
– Сегодня я буду спать с детьми в детской.
– Вот и хорошо. Надеюсь, там тебе будет удобно! – бросил Чарльз, когда она уходила.
Чарльз стянул с себя рубашку и с досады швырнул ее в другой конец комнаты. Будь он проклят, этот Фитцрой вместе со своим шантажом. Но теперь другого выхода не было, кроме как доводить свой план до конца.
Маргарет решительным шагом вошла в библиотеку Армстронг-хауса с конвертом в руках.
– Письмо от Гвинет, – объявила она.
– Как поживает ее недавно родившееся дитя? – с улыбкой спросил Лоренс.
– Хорошо, хорошо. Но есть вещи и поважнее: она пишет, что Эмили помолвлена!
Лоренс в шоке откинулся на спинку кресла.
– Ушам своим не верю! И кто же он?
– Вот в этом-то все и дело. Об этом человеке мы никогда раньше не слышали – это Хью Фитцрой.
– Кто-кто?
– Вот именно! Гвинет пишет, что он друг Чарльза, очень богат. Но…
– Но – что?
– Я знаю свою Гвинет, а она говорит о нем крайне скупо. Это плохой знак, Лоренс. Значит, она не в восторге от его достоинств. Просто пишет, что мы должны познакомиться с ним как можно скорее.
– Это звучит как-то зловеще.
