— Хель, кто ты? — Лиса смотрела на меня, как будто впервые видела. Так же смотрели и остальные. Только Вар прикоснулся мордой к моему плечу, давая понять, что ему все равно, лишь бы я была жива.
— Я не знаю. — честно призналась я. — Когда я попала в этот мир, меня назвали далеким потомком бога. Это всё.
Лиса кивнула, завершив допрос.
И вот теперь мы стоим в живой, разношерстной очереди, на окраине древнего града. Здесь можно разглядеть местных жителей, их одеяния, от богатых одежд до изорванного тряпья. В толпе мелькали мужчины, со ржавыми плугами, и тяжеловозы, перевозящие горы дров и мешки с хлебом. Местные крестьяне, с вязаными воротничками и широкими соломенными шляпами на головах. Они привели со собой стада скота, мукомольные мешки и женщин с коврами, разносимыми на руках.
Местная купеческая семья, одетая в яркие одежды и украшенная дорогими украшениями, попыталась пройти вперед, но была немедленно оттеснена обиженными деревенскими жителями, несмотря на их благородное происхождение. Чтобы не провоцировать толпу, семья вернулась в очередь.
На входе в град стояли два массивных деревянных ворота, увенчанные грубой резьбой и грустными надписями на каменных скрижалях. Стражи, в своих кольчугах и с обнаженными мечами на поясах, неспешно просматривают телеги, внимательно осматривая каждого проходящего. Они ищут незаконные амулеты и артефакты, и стараются выявить воров и тайных врагов князя. Шмон производился тщательно, и несколько телег развернули назад, конфисковав какие-то зелья. Парочку торговцев задержали, и их бородатые клиенты выглядели удрученно.
Очередь двигалась медленно, словно река, текущая через старые каменные ворота. Мы тихо переговаривались между собой, решая, как нам пройти. Вар изображал собаку и молчал, показывая взглядом, что о нас думает.
Нам надо было попасть в град без лишних проблем и тщательного досмотра. У нас была куча артефактов с собой, начиная от меча кладенца, волколака и разговаривающего волка, ведьмы и меня с моими странными предметами. Ну и волшебный конь.
Несмотря на то, что люди в толпе не видели всего, они постоянно оглядывались на нас, шептались и держали дистанцию. По выражению лица Вара, шептались нехорошие вещи.
Судя по всем законам, стражи должны были не просто задержать нас, а арестовать. Однако заколдовать и скрыть всё наше добро не представлялось возможным. На воротах висели амулеты, открывающие любую ворожбу, а сам частокол был изрисован рунной магией, защищающей град от любой нежити или злого колдуна. Лиса шепнула, что даже Жар Птица не смогла бы проникнуть сюда.
А очередь тем временем приближалась к нам. Мои спутники заметно нервничали, а вот я была спокойна. Мы шли к людям! Не к нечисти и опасностям, а, наоборот, просить помощи и войска. Мы можем поспать не в палатках, а на перине, и можем поесть нормально. Даже если стражники откажутся нас пропустить, я пройду в этот чертов град, хоть силой.
Мы подошли к воротам. При виде нас, стражи напряглись и положили ладони на рукоятки мечей. Ведун, который участвовал в досмотре, достал артефакт и что-то себе замычал. Я почувствовала покалывание по коже и легкую заторможенность движения. Вар зарычал, Ванька тоже схватился за меч, Лиса напряглась, а Гор спрятался за нами.
— Зачем в град путь держите? — спросил нас коренастый парень. Тон его был нарочито грубым, в попытке быть угрожающим. Ванька уже хотел сказать что-то, но я его перебила. Лучше говорить буду я, ибо похоже, что только я ощущаю странное блаженное спокойствие. После всего пережитого, я отрастила себе стальные яйца и новую нервную систему.
— У нас есть важные известия для вашего Князя, которые могут спасти весь его град! Ты либо нас пропустишь без слов, либо передашь своему князю, что скоро весь его народ будет пожираться тварями и демонами. И если он нас не пустит, он последний идиот!
На нас тут же наставили копья, щекоча нервы моих друзей. Набежала еще дюжина стражников и волхвов, и нас окружили. Вокруг начало потрескивать зачарованное электричество, не давая нам маневра для движения. Очередь за нами быстро отступила, боясь попасть под удар, и раздались тревожные шепоты, граничащие с паникой. Я придавала своему лицу грозное и похоронное выражение, дабы впечатлить стражей.
— Передайте мои слова князю, немедленно! — Наверное, в наших лицах было нечто такое, что заставило главного стража кивнуть молодому пареньку, и тот убежал докладывать. Мы же стояли, не шелохнувшись. Волнение в очереди досаждало, и я обвела толпу зверским взглядом. Толпа притихла. К сожалению, никто не ушел, каждый хотел досмотреть, чем все это закончится.
Час напряженных ожиданий увенчался успехом. Парень прибежал и шепнул главному, что Князь желает нас пропустить и провести к нему. Мы последовали за конвойном.
