Почтенный медикус, оказывается, недавно изобрел какой-то хитрый артефакт, дающий знак, если за вещь схватится кто-то, кому не след. И навесил это полезное изобретение на дверную ручку. А что шуму столько было, так за это уважаемый магистр Амброзиус перед соседями долго извинялся. Не рассчитал, говорит, зарядил слишком сильно.
Народ посмеялся и разошелся. Кто – довольный, что все обошлось и не случилось пожара, за ночь, бывало, поглощающего целые городские кварталы. Кто – в раздумьях, как бы упросить соседа соорудить нечто подобное и для них. Публика в призамковом квартале обитала почтенная, родовитая. Многим было что хранить и что терять.
А вот то, что герцогские дознаватели умеют задавать правильные вопросы, а палачи – получать на них ответы, случайным людям знать не стоило. Но в ту же ночь из подвала, слово за слово, потянулась невидимая ниточка, которая должна была привести дознавателей к тому, кто так сильно интересовался содержимым магистерского кабинета.
Заказчик, само собой, тоже прослышал о ночном происшествии. И не стал ожидать, пока ниточка приведет к нему, начав убирать лишних свидетелей со своего конца цепочки. Не обязательно же всех и сразу убивать. Некоторых можно просто временно отослать в поместье. Или еще куда-нибудь, по хозяйским делам. И, возможно, этого было бы достаточно, но, словно сам Творец был на стороне герцога, его люди внезапно потянули за вторую ниточку.
Вильгельм-Август обычно старался относиться к жене с уважением. За годы супружества она неоднократно доказала, что умеет быть надежным соратником и верным другом. Поэтому герцог и закрывал глаза на некоторые вольности, которые позволяла себе герцогиня Анна. Границы Ее Светлость никогда не переходила (за этим, в том числе, следили и верные ему люди в свите герцогини), а мелкие шалости он ей охотно прощал. Сам грешен.
Именно поэтому у супругов сложилось негласное правило, заранее предупреждать друг друга о своих визитах в летние резиденции. Вежливый жест, чтобы не ставить друг друга в неловкое положение. Но сегодня Вильгельм-Август впервые за последние пару-тройку лет нарушил эту традицию, так как разговор не терпел отлагательств. И случилось именно то, чего они с герцогиней так долго и старательно избегали.
- Анна! Что на тебя нашло?! – Вильгельм-Август вышагивал по гостиной жены из угла в угол, предварительно заперев все двери и влив в артефакты от подслушивания огромное количество силы. Благо, теперь он мог себе это позволить, не боясь спалить тонкую работу мага и серебряных дел мастера.
- Вильгельм! – Анна полулежала в кресле, вольготно откинувшись на спинку, и хохотала. – Вильгельм, ты такой смешной, когда вот так злишься!
Она утерла слезы, попыталась извиниться и рассмеялась вновь.
- Анна! – герцог начал терять терпение. – Я искренне рад, что мне удалось рассмешить тебя своим видом. Но, возможно, ты объяснишь мне, что ты тут вытворяешь? И какого нечистого ставишь под угрозу весь план?! Ты знаешь, сколько людей рискуют всем, чтобы спасти корону на твоей красивой головке?!
- Ты считаешь меня красивой? – Герцогиня Анна кокетливо взглянула на мужа, призывно поведя плечом. – А раньше ты всегда говорил, что восхищаешься моим умом.
- Раньше я действительно так думал, - огрызнулся Вильгельм-Август и снова попытался достучаться до разума супруги. – Анна, ты можешь объяснить мне, что происходит? Ты что, пьяна?
Герцогиня на миг задумалась, но мысли разбегались, словно она и правда была в легком подпитии.
- Но Ви-ильгельм, - попыталась урезонить она мужа, - с чего бы мне быть пьяной? Я почти и не пила. Пару бокалов. Не больше. Просто… Просто, нам было так весело. И кто-то предложил пари…
- И вы решили устроить скачки в каретах по лесным дорогам? Анна!!! – Он не договорил. Приблизился к жене, подозрительно принюхался. Потом осторожно взял жену пальцами за подбородок и повернул лицо к свету. Прищурился, вглядываясь в расширенные зрачки.
Потом решительным шагом вышел из комнаты, на ходу снимая собственную защиту.
- Медикуса сюда! Живо! И пошлите в город за моим лейб-медиком!
И тут же следующий приказ,
- Стража! Собрать всех в замке. Слуг отдельно, гостей – отдельно. Приставить к ним соглядатаев, не позволять говорить между собой. Никого не выпускать из поместья. Пошлите за солдатами в ближайший гарнизон, поднимите крестьян. Пусть прочешут околицу и всех подозрительных… Нет, всех чужаков доставлять сюда. На Ее Светлость покушались.
Покушение на супругу герцога – это уже не шутки с катанием по лесным ухабам. Герцогская гвардия сработала отменно. Придворные дамы попробовали было, правда, картинно попадать в обмороки. Но вскоре убедились, что никаких привилегий это не дает. Упавших гвардейцы (довольно бережно, надо признать) укладывали на креслах и кушетках, позволяя приближаться только одной горничной. Ее привели из людской как раз для помощи болезным, строго предупредив, что одно слово, и ее вина будет считаться доказанной.