- Ваша Светлость, - Лотта, наоборот, насторожилась еще больше. – Вы думаете, здесь – самое подходящее место?
- Похвальная осторожность, - одобрительно кивнула герцогиня. – Но я не о том. Я о Его Светлости.
Увидев реакцию, она рассмеялась.
- Не волнуйся, девочка, я все прекрасно понимаю. И, должна отдать должное своему супругу, он всегда ухитрялся проворачивать свои аферы максимально незаметно. Ты пока тоже производишь впечатление светлой головки. Надеюсь, мы сумеем понять друг друга.
- Чем могу быть вам полезна, Ваша Светлость? – Прищурилась Лотта, понимая, что сейчас придется торговаться. Иначе, плясать ей до конца жизни под чужую дудку. – Ну, кроме того, что само собой разумеется?
Но герцогиня, прощупав почву, закончила разговор уже более миролюбиво.
- Собственно, того, что есть – мне вполне достаточно.
Ее Светлость взяла расписную фарфоровую чашечку и пригубила остывающий отвар.
- Я всего лишь хотела прояснить, что совершенно не против маленьких слабостей супруга. Пока я остаюсь герцогиней, ты можешь быть для него кем угодно.
- Спасибо. Ваша светлость, - приняла предложение мира Лотта. Хотя, в душе не удержалась от злорадного: «Станет он тебя спрашивать, как же!». Ведь понятно же, что этот разговор не состоялся бы вовсе, считай герцогиня ее, Лотту, пустым местом.
Дамы еще немного мило поболтали. На этот раз, действительно поболтали. Обозначив позиции и погремев оружием, герцогиня перевела разговор в рамки обычной светской беседы. Пожаловалась на скуку, порадовалась, что им недолго осталось «жить в заточении». Рассказала о последних столичных сплетнях и походя, о том, что очень одобряет увлечение Лотты садом.
«Моя покойная свекровь была великолепной садовницей», - как бы невзначай сказала она. – «В честь нее даже назвали новый сорт роз, который садовники вывели в ее розарии. Супруг до сих пор питает нежные чувства к этим цветам. Мне более по нраву другие развлечения. Но где-то в замковой библиотеке должных храниться ее садовые дневники. Думаю, Его Светлости будет приятно, что хоть кому-то это окажется интересным».
Такой намек нельзя было понять превратно. Поэтому Лотте ничего не оставалось, как поблагодарить Ее Светлость за добрый совет.
В общем. Между двумя дамами герцога Брунсвика установилось некое взаимопонимание. И когда новица пришла сообщить, что Лотту ожидает брат Роггер, герцогиня даже немного огорчилась. Вполне искренне на сей раз.
- Всего доброго, фру фон Гледе – милостиво попрощалась она. – Заходите как-нибудь снова на чай. Мне будет очень приятно.
- Благодарю, Ваша Светлость, - в свою очередь присела в намеке на книксен Лотта. – Это честь для меня.
В кабинете брата Роггера Лотту ожидали он сам, старшая целительница и маленький, завернутый в одеяло, комочек.
- Девочка, - на лице бывшего рыцаря мелькнула добрая улыбка, которую он тут же усилием воли согнал с лица.
- Девочка, - эхом повторила Лотта.
- Я, собственно, почему вызвал тебя, дитя мое, - в привычной всех храмовникам манере заговорил наместник. – Монсеньер аббат просил меня еще раз уточнить крепость твоих намерений, прежде, чем окончательно закрепить все на бумаге. Ты не передумала?
- Нет, Ваше Преподобие, - Лотта обращалась к храмовнику, но глаза ее смотрели только на ребенка. – Как ее зовут?
- Это тебе решать, - теперь брат Роггер уже не пытался притворяться суровее, чем был. – С мужем советоваться будешь?
На миг Лотта задумалась. По-хорошему, стоило бы. Но магистр ни разу за все время не проявил интереса к ее затее. Да и, судя по давнему разговору, не вступись за нее Август, магистр вообще не обрадовался бы неожиданному пополнению в семействе. Решив, что своим самоуправством она никоим образом не ущемляет прав мужа, Лотта отрицательно мотнула головой.
- Йозефина. Я назову ее Йозефина.
И не важно, что один отважный мальчишка никогда не узнает, насколько Лотта благодарна ему за спасение жизни, сама она сейчас чувствовала себя так, словно отдала давний долг.
- Хорошее имя, - одобрил брат Роггер. – Значит, сегодня отдыхайте, а завтра проведем имянаречение Йозефины Берты.
- Почему Берты?
- Ну, как же? Сегодня празднуем память святой Берты. Или ты особо почитаешь какую-то другую святую?
Лотта задумалась. Наверное, было бы правильно дат девочке второе имя Пия, в честь аббата. Или Хильдегард, в честь святой, в чьей обители Лотта нашла пристанище в самый трудный час своей жизни. Но, наверное, чем меньше нитей будут связывать девочку с прошлым матери, тем лучше для обеих.
- Нет, Берта – прекрасное имя. Могу я ее взять?
- Не спешите, фру фон Гледе, - вмешалась целительница, которая до этого молча слушала разговор. – Успеете еще. Кто-нибудь из сестер принесет вам ребенка. Если хотите, можете даже сами ее кормить. Вам покажут, как обходиться с рожком. Но слишком переутруждаться я вам пока не советую.
- Слушай сестру, дитя мое, - строго велел брат Роггер. – Она знает, что говорит. А теперь, ступайте все. К сожалению, - он усмехнулся, - управление обителью включает в себя не только приятные обязанности. Счета, которые мне надо проверить, тоже не будут ждать.