Мы расселись за столом, а когда буфетчик притащил эль, провозгласили тост за встречу и выпили. Сам я лишь горло промочил, остальные махом по полкружки в себя влили, закрякали одобрительно. После мы с Дарьяном уверили собутыльников, что за время их отсутствия в верхнем городе не случилось решительно никаких изменений, ну а дальше босяки и фургонщик взялись перемывать косточки общим знакомым из тренировочного лагеря. А вот уже к концу второго кувшина Ёрш и Вьюн дозрели и начали делиться историей своего успеха.
– Мы в порту в досмотровой команде. Грузы проверяем, экипажи. Нелегалов ищем, контрабанду. Там есть штуки, которые никак пропускать нельзя, а кое на что закрывают глаза.
Вьюн выразительно потёр подушечкой большого пальца о средний и указательный, я усмехнулся и предупредил:
– Глядите, как бы вас не прижучили.
– Не-е! – уверенно протянул Ёрш. – Мы ж не сами по себе! Нужные люди в деле, они нас к нему и приставили. Там немалую долю на самый верх заносят!
– Говорят, ревизор на днях приплывёт, – заметил я, но босяки из-за этого известия ничуть не встревожились.
– Ничего он не найдёт! Обычные грузы чин чинарём оформляются, комар носа не подточит!
Распахнулась дверь, по скрипучей лестнице спустился один из местных забулдыг, потолковал с принимавшим ставки стариканом, замахнул рюмашку и был таков. Буфетчик лишь тяжко вздохнул, ну мы чуток и поправили ему настроение, заказав ещё парочку кувшинов.
– Ром? – с надеждой спросил Жихарь.
– Не надо! – вновь отказался Вьюн.
Впрочем, вскоре случился праздник и на улице буфетчика – в подвал, громыхая подкованными сапожищами, спустилась троица бородатых охотников на беглых рабов.
– Брысь с нашего места! – рыкнул их предводитель на парочку мужичков, и тех будто ветром сдуло. Не просто за другой стол пересели, а сразу на улицу умотали.
– Ты что творишь, Карп?! – так и взвился Жихарь.
– Не мороси, косой! – отмахнулся бородач, подошёл и высыпал на стойку изрядное количество монет. – Вот, подавись! Здесь всё, что должен был и даже больше! Ром давай!
Буфетчика как подменили. Он смахнул деньги и выставил взамен бутылку и три кружки.
– То-то же! – пробасил Карп и вернулся за стол, где парочка его столь же крепко сбитых подручных уже избавилась от мокрых курток.
Девки переглянулись и заулыбались.
– Ты никак при деньгах, Карпуша?
– Деньги есть, да не про вашу честь! – отшил их охотник на беглых рабов. – Кого покрасивше снять можем!
– Да я лучше антиподу дам, чем тебе, образина! – немедленно окрысилась одна из девиц.
– А я так и двум сразу, лишь бы только с тобой не знаться! – добавила вторая.
– Заткнитесь, кошёлки драные! – прикрикнул на них Карп и стукнул кулаком по столу. – А то мигом угомоню!
Вьюн нехорошо прищурился и хрустнул костяшками сцепленных пальцев, но его отвлёк Огнич.
– А что возить-то запрещено? – потянул он босяка за руку. – Дурман?
– За дурман огроменную пошлину дерут, в эти дела лучше не лезть, – сказал Вьюн. – Ещё алхимию сюда не пускают, а отсюда все реагенты на крови.
– Да не! – махнул рукой Ёрш. – Пускают, но если кто со стороны влезть пытается, их мигом на корм рыбам отправляют. Вот оружие – вообще никак. За такое сразу на виселицу.
– Дульнозарядное старьё южноморские торгаши местным втридорога перепродают, а под нормальный патрон – фигушки, – кивнул Вьюн.
– А чего так? – удивился я.
– А чёрт его знает! – развёл руками Ёрш.
– Да просто не хотят, чтобы местные силу набрали, – пояснил Огнич. – Тут и так правитель Тено… Теночи… Тьфу-ты, язык сломишь! Ну, в общем, князёк один себя верховным правителем объявил. Он вечно соседей щемил и пленников в жертву приносил, а как рабов на заклание покупать начал, так и вовсе резко в гору пошёл. Всех под себя подминает. Сильно могучего демона прикормил.
– А за рабов платит чем?
– Золотом, дурманом, каучуком. Да чем угодно! – Огнич допил пиво и глянул на девок. – Слушайте, а насчёт двух сразу она это пошутила или всерьёз, как думаете?
Ёрш ухмыльнулся и поднялся из-за стола.
– А вот сейчас и узнаем!
Он на пару с фургонщиком ушёл за стол к девкам, и те их не отшили, завязался разговор. После Жихарь туда косушку рома отнёс.
– Ещё бутылку? – предложил он Карпу на обратном пути.
– Пожалуй, пора и честь знать, – заявил в ответ бородач, но буфетчика отказом не расстроил. Долг-то к нему вернулся из разряда тех, о которых проще забыть, нежели стребовать пытаться.
Я отодвинул чуток от себя кружку и спросил Вьюна:
– Так говоришь, к вам претензий ни у кого нет?
Босяк понял меня верно.
– Каждый седмень в церковь захаживаем! – заявил он мне с ухмылкой. – Прям как лучшие люди города!
Тут к столу вернулся Огнич.
– Всё, столковались мы с бабёнками! Они вообще безотказные!
– Без меня! – покачал я головой.
Дарьян замялся, и фургонщик наклонился к нему, что-то быстро зашептал на ухо. А я отвлёкся на звук распахнувшейся двери и нахмурился. В подвальчик невесть с чего заявилась Беляна.
Один из подручных Карпа присвистнул, но главарь легонько стукнул его узловатым пальцем по лбу и усмехнулся.
– На чужой каравай рот не разевай!
Огнич как раз вытянул книжника из-за стола.
