Всё пламя в комнате потухло. Мини на цыпочках подкралась к центру пещеры. Там, где до этого стоял котел, в полу осталась прожжённая дыра. Небольшая часть ядовитой жидкости спаслась от огня в новом убежище: в статуе Шивы, стоявшей с открытым ртом. Теперь рот Шивы наполняла ярко-голубая жидкость.
А ещё на полу остался маленький изумрудный кубок. «Интересно, – подумала Ару, – это и есть та ботинкообразная штуковина, которая плавала в котле?» Кубок наполняла серебряная жидкость. Мини осторожно подняла его.
– Третий ключ! – воскликнула она. – Глоток старости.
Ару потянулась к нему и скривилась. Она попробовала слить немного жидкости, но та не сдвинулась с места. Волшебство слишком уж буквально следует правилам.
– Сейчас твоя очередь, – сказала Ару. – Но я так понимаю, что придётся пить мне, потому что ты только что спасла наши шкуры?
– Ага, – согласилась Мини.
Ару закашлялась от одного вида этой жидкости.
– А если она ядовитая? Она была в котле с ядом, в конце концов…
Мини поёжилась.
– Ну, тогда я спасу тебя с помощью птифуры Весны.
Ару всё равно сомневалась.
– Вдруг я проглочу ключ?
– Не стоит. Когда мне было три, я проглотила мамино обручальное кольцо, и мне дали целую связку бананов, чтобы они…
– ЗАБЫЛИ! Я НЕ ХОЧУ ЭТО ЗНАТЬ!
– Тогда пей быстро, а то я буду рассказывать дальше.
– Жестокая.
Мини скрестила руки на груди.
– Я справедливая.
Ару отхлебнула из кубка самую малость, просто пригубила, как она иногда делала с маминым воскресным вином, просто чтобы понять, почему люди сходят по нему с ума. В результате девочка всегда выплёвывала отвратительную гадость. Но «Старость» на вкус была очень даже ничего. Ару вспомнила свой прошлогодний день рождения: мама повела их в отличный итальянский ресторан. Ару так наелась, что уснула прямо в машине. Мама взяла её на руки (Ару запомнила это потому, что только притворялась, будто спит) и отнесла в кровать. Глоток «Старости» напомнил ту ситуацию: такое же ощущение счастья и полноты жизни. Но тут она почувствовала на языке какой-то посторонний предмет и с удивлением достала изо рта… маленький белый ключ. Он был костяной. О НЕ-Е-ЕТ.
– А-а-а! – завизжала Ару и стала изо всех сил тереть язык. Потом она вспомнила, что не мыла руки, с тех пор как Брахмасура превратилась в горстку пепла, и сплюнула на землю.
– Третий ключ! – торжественно объявила Мини. – Круто! Это кость. Интересно, это фаланга пальца или, может быть…
Ару бросила на неё такой убийственный взгляд, что Мини быстро сменила тему.
– Мы сделали это! – воскликнула она. – Теперь у нас все три ключа, и мы можем войти в Царство Мёртвых.
Хотя Ару всё ещё пребывала в шоке, она улыбнулась. Они действительно справились. И бонусом ко всему этому было то, что Мини перестала прятаться в сторонке из-за стеснительности. А от сияния яда во рту у Шивы за её спиной казалось, что над головой подруги завис нимб.
– Готова? – спросила Ару.
Мини кивнула.
Ладони Ару вспотели. И казалось, что волосы стянуты слишком туго. Часть её думала, не сходить ли на дорожку в туалет, ведь неизвестно, будут ли подобные общественные места в подземном мире. Но, может, это просто нервы шалили.
Девочки положили три ключа в ряд: росток юности, монету из кусочка «Зрелости» (снова сверкающую) и костяной ключ.
Ару не представляла, к чему надо готовиться. Но это не имело значения: ключи сами знали, что делать. Они тут же разошлись и побежали по кругу, образуя озеро света. Девочка задержала дыхание, глядя, как оно увеличивается, становясь всё выше, пока не стало ростом с семиглавую лошадь, которая перенесла её через Молочный океан.
И тут в темноте пещеры появилась дверь.
Дверь в Царство Мёртвых.
Дверь в Царство Мёртвых была выполнена из костей, листьев и света.
Мини подняла руку и собиралась уже открыть её, но покачала головой.
– Мне казалось, у меня будут другие ощущения, – сказала она.
– По поводу чего? – спросила Ару.
– По поводу двери и куда она ведёт.
– Как куда? В Царство Мёртвых, конечно.
– Да, но это дверь к моему… – Мини запнулась и замолчала. – Ну, то есть, наверное, он не совсем мой… мой…
– Отец?
Мини вздрогнула как от укола.
– Да. Это я и хотела сказать. Но я его совсем не знаю. А он не знает меня. То есть, наверное, это не имеет значения: Буу и родители говорили, что он мой духовный отец, не физический, но я всё равно думала, он сделает для меня что-нибудь ещё, а не просто подарит зеркальце. Понимаешь?
Нет, она не понимала. Может быть, это немного жестоко, но она не испытывала сочувствия к Мини. Они находились в одной лодке, но у Ару не было физического отца, который мог бы утешить её.
Да, может, Индра и создал её душу, но где её настоящий отец? Он ведь где-то есть… И, кем бы он ни был, она ему не нужна.
Ару постаралась не обращать внимания на огромную волну зависти, захлестнувшую её. Мини не виновата.
– Что будешь делать, если встретишься с Дхармой Раджой?
– Наверное, поблагодарю за своё существование… Не знаю. Это так странно. – Мини глубоко вздохнула. – Ладно, я готова, идём.
