Гермиона тревожно посмотрела на него. Его лицо было хмурым, будто он говорил не счастливом спасении, а о несчастном случае. Неужели после всего, что с ними случилось, его мучала совесть? В этом был весь Ремус — сгусток комплексов, наматывавшихся друг на друга с каждым годом его жизни, с каждым промахом. Он не считал, что его самоотверженность, его храбрость и порой безумное желание защитить тех, кто ему дорог, могут перечеркнуть все его неудачи. Видя его мучения, Гермиона дала себе слово, что она это исправит.
— Что ж, думаю, что долг возвращён, — резюмировала она. — Теперь ты закрыл меня собой и не дал погибнуть. Один-один.
Едва ли этого было достаточно. Люпин отрицательно покачал головой и большим пальцем погладил тыльную сторону её руки.
— Вот уж нет, — усмехнулся он. — Ты дала мне медальон, от которого отскочила Авада.
— А ты дал мне смысл, — перебила его Гермиона и заставила взглянуть ей в глаза. — Ремус, ты дал мне смысл это сделать! Когда ты говоришь, что это я закрыла тебя собой — это правда лишь отчасти, ведь с другой стороны ты защищал меня. Бессмысленно вести этому счёт. Какая разница сколько раз один из нас спасал другого? Важно, что мы оба живы благодаря друг другу.
Она ласково коснулась ладонью его щеки. Кто сказал, что мальчишки когда-то вырастают? Каким бы взрослым Ремус не был, сейчас в своём смущении он ничем не отличался от Гарри или Рона. Разве что пару седых волос, да двухдневная щетина выдавала его возраст. Прилив нежности побудил Гермиону податься вперёд и мягко поцеловать Люпина.
Через неделю мадам Помфри разрешила ему покинуть больничное крыло. Близилось полнолуние, и бедный Ремус был вынужден снова бездействовать. Впрочем, благодаря аконитовому зелью, немного усовершенствованному Гермионой, процесс трансформации стал менее болезненным и Люпин быстро оправился. В том числе и благодаря его стараниям Хогвартс уже в сентябре того же года был готов принять учеников обратно. Минерва, став директором, уговорила его остаться. Впрочем, «уговорила» — не совсем верное слово. Она скорее настояла на том, чтобы Люпин не только остался преподавать, но и занял должность декана Гриффиндора.
Для Гермионы эта новость стала одной из немногих радостей в августе. Казалось бы, восстановление Хогварста, отнявшее у неё столько сил и времени, должно было стать достойной наградой за такие старания. Но конец лета был омрачён тяжёлым и щекотливым вопросом — в самом разгаре были суды над бывшими Пожирателями смерти. В том числе и над Северусом Снейпом.
Доказать его невиновность было непросто. Прямо во время выписки из больницы святого Мунго Снейпа взяли под стражу, и Гермиона не успела обменяться с ним даже парой слов. На допросах он был немногословен, что некоторые сочли свидетельством его вины. Обратных доказательств он предоставить практически не мог. Даже Гарри Поттеру с его безоговорочной репутацией Визенгамот не мог довериться полностью: воспоминания Снейпа могли быть поддельными. Кроме того, бывшие члены Ордена не могли простить ему убийство Дамблдора, что стало основной частью обвинений против него. Живых свидетелей договорённости между ними не было. Заседания суда растянулись на месяц. На слушания вызывали практически всех, кто так или иначе был связан со Снейпом. Гермиона была одним из постоянных участников этого непростого дела.
— Вы утверждаете, что Северус Снейп не сражался в битве за Хогвартс на стороне Волдеморта? — в очередной раз повелительным тоном спросил у неё Кингсли.
По его лицу было видно, что он сам ужасно утомлён этой судебной кутерьмой.
— Очевидно, сэр. Змея порвала ему горло, он был без сознания, когда я оставила его в коттедже «Ракушка», — Гермиона устало вздохнула. — Мерлин, допросите его под сывороткой правды и отпустите человека.
На следующий день она узнала, что суд постановил оправдать Северуса Тобиаса Снейпа после семичасового допроса под сывороткой правды, в ходе которого его невиновность была полностью доказана.
========== Глава 39 ==========
— Это какой-то бред!
Рональд бушевал с самого утра. Эта рыжая буря чуть было не разнесла с трудом отстроенную заново Нору всего от одного письма.
— Успокойся, Рон, — Гарри вновь предпринял робкую попытку утихомирить друга. — Ты ведь понимаешь, что это необходимо. К тому же год — не так уж и много.
— Да куда уж там! — фыркнул тот. — Мы выживали в ужасных условиях, мотаясь по миру в поисках крестражей больше года. Мы выжили во время битвы. Неужели этого недостаточно?!
— Сомневаюсь, что за это время ты подчерпнул достаточно знаний из курса травологии или нумерологии.
