Суть их разговоров открылась Чимину однажды ночью. Снилось ему голое тело, принадлежавшее Тэхёну. Они будто сидели в какой-то тёмной комнате. Тёплая Тэхёнова ладонь тронула его член, и сделала так хорошо, как и представить невозможно. Очнувшись в поту, Чимин обнаружил, что рука и живот липкие, а дыхание тяжёлое и муторное. Тэхён и Чонгук мирно сопели голова к голове на своих кушетках, за окном трещали цикады. Чимин прекрасно понимал, что с ним происходит. С ними всеми. В определённый момент ты прощаешься с тем беззаботным мальчиком, с каким провёл так много лет, и встречаешься с мужчиной, что поведёт тебя в будущее. Не паникуя, Чимин поднялся и вымыл руки, попил воды и снова лёг. О ночном происшествии ничего не рассказал. Скорее всего, с такими же проблемами просыпались и его соседи по комнате.
При случавшихся совместных похождениях на пляж, Чимин начинал искать отговорки, но ни одна не срабатывала. Ему не нравилось быть там с этими двумя хулиганами, которые совершенно не слушают голоса разума и ввязываются в неприятности, таская у торговцев рисовые шарики «аранчини» или задирая девчонкам юбки, а то и полдня проводя в поисках самых соблазнительных купальников. С девчонками вообще беда. Они Чонгука и Тэхёна обожали, предпочитая даже местным ребятам. Из-за чего они втроём не раз удирали от рослых парней, грозивших побить за приставания к их подружкам. И хотя Чимин в шалостях не участвовал, под раздачу попадал автоматически. Чонгуку и Тэхёну женское внимание льстило, они тратили деньги на покупку «классных» вещей (хотя нередко просто их тырили, пока Чимин следил за безопасностью).
Чимина удивляло одно: как при маме и папе из Чонгука мог вырастать столь безответственный и бессовестный раздолбай. И становилось категорически неясным, это массовик-затейник Тэхён плохо влиял на Чонгука или же не менее подпорченный Чонгук подзадоривал Тэхёна на безумства. В любом случае, дуэт у них сложился феерический, и Чимин иногда скучал по тому времени, где Тэхёна не приходилось ни с кем делить. Волнения его были напрасными, так как Чимина ни в коем случае не забывали, хвалили и помогали, правда, тот чувствовал - тепло к нему равно, как к младшему братишке, пусть все и одногодки.
Чимин любил их обоих, прощая дурачества, тянулся вслед за ними, но так и оставался немного позади, присматривая. Он перестал надеяться на то, что Тэхён поймёт, почему Чимину не нужны какие-то там девчонки.
Если не считать мелких неурядиц и проказ, то это был их самый счастливый год, полный красочных воспоминаний, какие заставляют ностальгировать много позже, когда кости ломает старость, а глаза слезятся ранним утром, после ночи, которую трудно вынести на ноющей спине. Такая ностальгия уплывает по щекам вниз, и ловят её, скрюченными пальцами размазывая по морщинам.
….Однажды летом, закончив со стрижкой кустов, ребята разместились на крыльце, чтобы играть в карты, болтать и шутить. Тёплый, как парное молоко, пасмурный вечер. Пошёл дождь. Они отложили карты и уселись удобнее, Чимин посредине. Мама вынесла тарелку с фруктами и, потрепав три чернявые макушки, ушла дальше готовить ужин.
Воздух волшебный, повеяло долгожданной после зноя прохладой, тучки на небе менялись медленно: штиль.
— Слышьте, — деловито начал Тэхён, вгрызаясь в персик. — Я много размышлял. Зачем мы здесь вообще появились?
— Ты у нас спрашиваешь или знаешь ответ? — Чимин закинул в рот пару черешен.
— Ответа на это никто не знает, Чим, — блеснул Чонгук.
— Я как раз и не про всех, — протянул Тэхён. — Все пусть сами думают. Я про нас. Мы с вами из одной страны, так?
— Ну, — Чимин уплетал за обе щёки.
— А оказались в чужой. Причём самыми разными путями.
— Хочешь сказать, наша задача - вернуться? — Чонгук выглянул из-за плеча Чимина.
— Нет. Как раз наоборот. Наша задача - построить наш дом здесь, — триумфально объявил Тэхён. — Ведь что это такое, по сути - дом?
— Родители, тепло и еда, — нашёлся Чимин.
— Да просто место, где тебе хорошо, вот и всё, — отозвался Чонгук, отклоняясь назад и опираясь на руки.
Дождь ускорялся, капли крупнее, колотят по листьям, дорожке, навесу, оставленным в стороне шлёпанцам. Самая спокойная на свете песня. Мысли улетучиваются, а вместо них радостная колыбельная.
— Точняк, — Тэхён прищёлкнул пальцами. — Мы с вами одна команда, я это знаю.
— О, великие знания свыше, о-ом, — утробным голосом подразнил Чонгук, и Чимин рассмеялся.
После Чимин приобнял обоих за плечи и стиснул в объятиях.
— Лично я за то, чтобы мы всегда были вместе.
Несмотря ни на что. Он видел, что Тэхён с Чонгуком отлично ладят, а когда Тэхёну хорошо, Чимину по определению плохо быть не может. И ничто в том славном вечере не предвещало грядущей напасти.
Накануне осеннего праздника дон Алонзо Баретти, хозяин виллы, принимал у себя важных гостей, и все трое ребят хлопотали на кухне из-за нехватки рабочих рук. Суета, пылкий торопливый говор. Кухарка всё время подгоняла их и щедро раздавала подзатыльники за промедления. А после им дали задание послужить официантами (дон Баретти посчитал, что это выглядит умилительно).
