– Не смею больше задерживать. Счастлив был познакомиться со знаменитой у нас на родине певицей. Позвольте вас проводить.
Максим Игнатьевич уже ждал жену в холле. Вид у него тоже был озабоченный. Молча дошли до машины. Проехав несколько кварталов, Соколовский припарковал Citroen, чтобы спокойно, без риска быть подслушанными, обсудить сегодняшний визит. Спорили долго, но никакого конкретного решения не приняли. В ближайшие две недели думали то так, то эдак, в конце концов, пришли к выводу, что иного способа вернуться на Родину нет, а расстаться с мечтой вновь оказаться в России оба не могли. Ася плакала, что плохо знает французский, поэтому чувствует себя здесь чужой, скучает по родной и понятной русской речи.
Максим Игнатьевич не был новичком в разведке, сам опытный вербовщик, он прекрасно раскусил тактику Ковалева. Его решение определялось другими факторами. Из донесений своей агентуры он знал, что СССР активно развивается, жизнь в стране налаживается, расчет на скорое падение власти большевиков не оправдался. Союзники жадничали, РОВС финансировался недостаточно, офицеры вынуждены были искать дополнительный заработок. Идея силой захватить власть в России увядала на корню. Значит, пришло время искать свое место в военных структурах Советов. А ему это и предложили. Что его опыт боевого офицера и контрразведчика бесценен для большевиков, Соколовский не сомневался. Он не догадывался, что игру с ним затеял человек, считающий его личным врагом!
Через две недели, возвращаясь с гастролей, супруги заехали в Люксембург.
Город действительно оказался необычным, сказочно красивым даже в этот пасмурный ветреный день. Они гуляли по Верхнему городу, любовались готическими шпилями соборов внизу, светлыми домиками под высокими серыми крышами, рассыпанными словно детские кубики по берегу спокойной реки Альзет. Дошли до Собора Люксембургской Богоматери и вошли в его прохладную тишину. Месса только что закончилась, поэтому прихожан здесь было немного. Загадочно мерцали фитили свечей в широких низких стаканчиках. С балюстрады свешивались шелковые гобелены с библейскими сюжетами. Несколько зевак восхищались невероятно красочными витражами в устремленных ввысь стрельчатых окнах. Ася тоже, запрокинув голову, рассматривала их, забыв на несколько минут, зачем они здесь.
– Вам не кажется, что красного цвета слишком много для собора? – негромкий голос за ее спиной произнес условную фразу.
Ася слегка вздрогнула – лысоватый пожилой господин, обладатель непримечательной внешности, подошел неслышно, словно кот.
– А мне кажется, синий уравновешивает, – назвал Соколовский отзыв.
Вскоре супруги в сопровождении незнакомца вошли в небольшую квартиру, расположенную в узком доме на соседней улочке. Там их ждали уже знакомые сотрудники Советского посольства в Париже. Под их диктовку Бартошевская и Соколовский написали расписки о добровольном сотрудничестве: «Настоящим обязуюсь перед Рабоче-Крестьянской Красной армией Союза Советских Социалистических Республик выполнять все распоряжения связанных со мной представителей разведки Красной Армии безотносительно территории. За невыполнение данного мною настоящего обязательства отвечаю по военным законам СССР».
Тут же Ковалев передал Соколовскому пухлый пакет, в котором лежала оговоренная сумма в пять тысяч франков – единовременная выплата. Кроме того супругам обещали ежемесячную плату по двести франков. Эти деньги решали все их финансовые проблемы.
С этого дня жизнь супругов переменилась. На смену финансовым проблемам пришли страх и угрызения совести. Асе казалось: люди догадываются о ее тайне. Она старалась держаться как можно естественнее, боялась выдать себя неосторожной фразой, взглядом. Уходя на встречу с куратором, объясняла горничной, куда и зачем отлучается: к модистке на примерку, по магазинам, чтобы купить перчатки, на встречу с импресарио. Горничная удивлялась, ведь раньше хозяйка не докладывала, куда идет.
Максиму Игнатьевичу приходилось еще трудней: с сослуживцами его связывали не только служебные, но и товарищеские отношения. А как быть с собственными убеждениями? Раньше жизнь была простой и ясной: служба, друзья, любимая жена, спокойное уютное существование… А теперь все перевернулось с ног на голову, ради возвращения на родину приходилось предавать все, что раньше было важным. Зато не было выматывающих финансовых проблем.