В центре огромной выжженной в земле звезды, стояла израненная молодая девушка в изодранном одеянии. Ее высокая грудь тяжело вздымалась при дыхании, лицо было искажено болью, а взгляд затуманила какая-то поволока, но энергия исходившая от нее в этот момент была столь ощутима, что ее можно было потрогать.
– Это он помог мне, – практически беззвучно прошептала она, падая на колени.
– Аврора, – укрывая ее плечи плащом, произнес Лионель, подбежав к девушке. – Вставай, нужно уходить. Буря скоро вернется.
– Он прав, – кивнул Михаил, – хаос порожденный в Аду не остановить таким образом, только замедлить. Я помогу Вам, но нужно торопиться.
Дорога много времени не заняла, видимо, порталы привязывались не к конкретному месту на земном шаре, а к энергии существ, открывающих их. Проехав по разоренным огнем предместьям, всадники обогнули городскую стену, углубляясь в лес.
– Итак, – протянул Люцифер, – ты спас ее. Почему?
– Мне не нужно идти в битву, выходит, могу позволить себе такую роскошь, – с нескрываемым упреком в адрес падшего брата, проговорил Михаил, пытаясь всячески уклониться от ответа.
– И все же, Отец не откликнулся на ее призыв, а значит, девчонка должна была умереть, но ты проявил неповиновение и защитил ее, а теперь решился сорвать его печать, хотя до этого был непоколебим. Два непростительных для ангела греха за один день. Ты понимаешь, чем рискуешь? И все ради чего?
– Ради людей, брат, ради людей, – ответил архангел.
– Ты готов умереть из-за кучки этого порочного, алчущего крови отребья? Ты сам видел их сегодня, жалкие шакалы, предатели и воры.
– Но я видел и другое, – взглянув на Аврору, задремавшую на плече Лионеля, произнес он. – Мне открылась вера, которой нет даже в сердцах некоторых ангелов, отвага, самопожертвование и милосердие. Люди… у них есть изъяны, но они стараются стать лучше, умеют прощать… если она верила во все это, то как могу не уверовать я?
– Сразу видно, ты плохо их знаешь, – пренебрежительно фыркнул Люцифер, останавливая своего коня. – Покажитесь! – проговорил он, и голос его эхом разнесся меж деревьев, будто громовой раскат.
– Кто это? – еле слышно пискнула Аврора на ухо Лионелю, наблюдая за тем, как из ночного сумрака выступили мрачные тени. Десятки, нет сотни бестелесных созданий, покинувших свои земные оболочки.
– Демоны, запертые в этом мире, те кто откликнулся на призыв Асмодея, те кого сумел найти мой фамильяр, – ведьмак указал на ворона, сидящего на ветке, – за такое короткое время.
– Пора, – спешиваясь с коня, произнес Люцифер, вставая около полуразвалившейся арки, которая во времена Римской Империи была частью оборонительных сооружений. Теперь же этот могущественный оплот когда-то великой культуры хранил лишь призраков прошлого и великую тайну потустороннего мира.
– Пришло время прощаться, – помогая Авроре спрыгнуть с ретивого жеребца, с грустью в голосе произнес Лионель. Столько хотелось сказать, в стольком покаяться, но так не хотелось ворошить прошлое, которое только улеглось в сознании… Да и был ли в том смысл? Она уходила, и пусть ничто не умирает навечно, шансы на новую встречу были ничтожно малы.
– Видимо, – тихо проговорила девушка, склонив голову.
– Аврора, я… тогда, когда я предложил тебе эту сделку… я не знал…
– Не нужно, – отозвалась она. – В огне Преисподней многое видится иначе. Я простила…
Эти короткие слова целебным бальзамом разлились по его сердцу, заставив эту непокорную мышцу биться сильнее от легкого прикосновения ее руки. Удивительно, какими незначительными на первый взгляд могут быть самые важные в жизни моменты. Сделать женщину, пришедшую столь неожиданно, незабываемой, могла, пожалуй, лишь роковая судьба, подарившая надежду и тут же утащившая ее в самую глубокую бездну.
– Я должен признаться… – начал было ведьмак.
– Мадемуазель Д’Эневер, нам пора, – повелительно произнес Люцифер, протягивая ей свою ладонь.
– Прощайте, Лионель, – отозвалась девушка, подарив ему легкий поклон. – Или до встречи в новом свете, где не будет Ада и Рая, войны и ненависти, я верю, что когда-нибудь мы все окажемся там.
Подойдя к своему темному господину, она, будто верная спутница, вложила свою руку в его, бросив на ведьмака прощальный, наполненный смирением и пониманием взгляд. Верные тени Люцифера рядами выстроились за ним, не без опаски поглядывая на архангела, стоявшего на некотором расстоянии.
– Да сопутствует тебе удача, брат, – повысив голос, произнес Михаил.
– Следующая наша встреча состоится на небесах, – в полушутливом тоне, стараясь не изменять себе, отозвался Люцифер.
– Надеюсь, что нет, – с легкой полуулыбкой ответил архангел, выступая вперед. – In nomine Patris, et Filii, et Spiritus Sancti. Amen* – начал Михаил и голос его играл, как перезвон ангельских труб, столь приятен он был для слуха. – Я – Михаил, первый среди архангелов и предводитель небесного воинства властью, данной мне Создателем снимаю священную печать с темных врат. Клянусь жизнью своею и великим даром небес, что помыслы мои чисты, а преданность Отцу непоколебима.
