Итак, если действовать методом исключения, оставалась только одна книга. Книга Азазеля. Хотя сейчас, не имея всей информации, делать какие-то выводы было еще рано. Как говорится: истинная природа вещей изменчива, ибо в определенные моменты жизни друзья могут стать врагами, и наоборот. Что делать в этой ситуации, Аврора не знала.
За долгие годы, проведенные в Аду, девушка не раз слышала перешептывания прислуги, да и самих демонов о том, что Азазель незаслуженно занял столь великий пост, льстивыми речами услаждая слух Люцифера. Многие обитатели этой проклятой бездны не выказывали ему должного уважения, стараясь избегать его общества. Высшие демоны его презирали, а низшие – завидовали. Пожалуй, лишь Асмодей и Люцифер стали для него опорой, а потому девушка с трудом могла поверить в то, что он станет пилить сук, на котором сидит. Едва ли Азазель мог заполучить себе достаточное количество союзников, чтобы возглавить бунт, а в одиночку противостоять целому Аду – задача ему непосильная. С шумом закрыв книгу, Аврора обхватила руками голову, погружаясь в размышления.
Зачастую разгадки многовековых тайн скрываются прямо под ногами, но собственная близорукость не позволяет их различить или выделить из пестрой массы не имеющих значения фактов.
– Так что же я упускаю? – прошептала она, поежившись от холода. Казалось, даже ее душу сковало толстым слоем льда. Это же надо, замерзнуть в самом сердце адского пекла! Аврора даже сардонически усмехнулась. Подобные ощущения духовной опустошенности и страха она чувствовала лишь однажды. В день приема Асмодея, когда…
Эта мысль не успела облачиться в слова или до конца сформироваться в сознании. Громовой голос, заставивший содрогнуться даже стены этой пещеры, вынудил девушку буквально подскочить со своего места.
– Должно быть, саму суть! – с самодовольной ухмылкой ответил Абаддон, будто подпитываясь ее страхом. Поразительно, как демону удавалось двигаться так легко и непринужденно в доспехах, которые весили, наверняка, столько же, сколько и он сам.
Девушка осмелилась поднять на него глаза, заворожено наблюдая за каждым движением. Серебряные волосы, рассыпавшиеся по плечам, обрамляли лицо, на котором, будто в камне, застыла маска, лишенная всяких эмоций. И лишь фиалковые глаза, выделявшиеся на фоне смертельной бледности, горели полным жизни огнем. Это была поразительная красота, которой Аврора почему-то не заметила раньше. Красота чисто мужская, без примесей жеманности и некой мягкости очертаний, но красота эта – мертвая. На миг она даже подумала, что, если облачить демона в белоснежную тогу и поставить на постаменте у входа в галерею, немногие смогли бы отличить его от мраморного изваяния.
– Владыка, – памятуя о правилах, принятых в этой обители, Аврора попыталась изобразить легкий поклон, однако собственное тело ее предало. Ноги подкосились от страха, и девушка едва не упала на пол под надменный смех Абаддон.
– Да, Асмодей определенно распустил вас, – усмехнулся он, подходя ближе. Его пронзительный взгляд скользнул по книгам, которые успела подхватить Аврора, прижимая к своей груди, будто величайшую драгоценность.
– Повелитель, – робко начала она, пятясь назад при каждом его шаге, – хозяина сейчас нет дома. Он… он…
– Я знаю, что его нет, именно поэтому решил нанести этот визит, – без особого интереса отозвался демон, будто подпитываясь почти осязаемым ореолом ужаса, окружающего несчастную рабыню. – Асмодей сейчас слишком занят делами… – Абаддон выдержал театральную паузу, наблюдая за реакцией девушки, – … сердечными.
Удар пришелся прямо в цель, заставив пламя ревности вспыхнуть в глазах Авроры. Да тут, пожалуй, только слепой не заметил бы трепетного отношения рабыни к своему господину. На миг Владыка Гнева даже позавидовал такой редкой для Ада преданности. И чем только Асмодей подкупил такую чистую душу?! Впрочем, эта мысль была хоть и занятная, но ни на каплю не продвигала его к цели визита.
– Могу ли я чем-то помочь Вам, Владыка? – произнесла Аврора, стараясь придать голосу спокойствие, но ее волнение выдавало ее с потрохами, вызывая улыбку на лице демона.
– Даже так… – проговорил он, подхватывая со стола лист с расчетами, который девушка не успела прибрать к рукам. Пробежав взглядом по вычислениям, он сложил лист пополам, пряча в глубине черного нагрудника. – А я, грешным делом, подумал, что только моя персона заслужила такое пристальное внимание.
– Я Вас не понимаю, – всхлипнула Аврора, пытаясь говорить как можно громче, надеясь привлечь внимание стражи, но все были глухи к ее призывам. Тогда мысль еще более страшная всколыхнула разум, закутав сердце в толстую броню ледяного страха. – «Никого нет», – произнесла она сама себе. – «Он убил всех или же распугал».
