Варис открыл дверь почти сразу. Гостиная была ярко освещена; судя по всему, он еще не спал, хотя и распустил волосы, по-прежнему аккуратно откинутые со лба. Полы небрежно подпоясанного шлафрока из темно-синей фланели чуть распахнулись, открывая серые шелковые пижамные штаны.
– Лумивеста?
– Я тут подумала… ты не хочешь поговорить? Конечно, уже поздно, но…
Он жестом пригласил ее сесть на диван в гостиной и тихо прикрыл дверь.
На раскрытом секретере в гостиной лежали географические карты, буссоль с увеличительной линзой и какие-то заметки. Варис быстро смахнул их в ящик стола.
– Это что-то военное, – сказала Лумивеста.
– Вроде того. Вы со Странжем уговорились провести завтра игру, кто-то должен подготовить поле сражения. Так что да, это военная тайна, во всяком случае для тебя и для Странжа. И, наверное, еще для Речен и Шоры – они обожают эти игры. Или ты знала, чем я занят, и хотела что-нибудь выведать?
– Нет-нет, я не знала.
Варис кивнул, закрыл крышку секретера и указал на чайник с чашкой на столе.
– Я собирался сходить за чаем и какими-нибудь заедками. Тебе что-нибудь принести?
– Спасибо, не надо. Мне хватило великолепного ужина. К тому же я слишком много выпила, так что да, чай мне не повредит.
– Я мигом. – Варис потуже перепоясал шлафрок и вышел в коридор.
Пять миним спустя он вернулся с подносом: копченая семга, гренки, большая фляга горячего чая, еще одна чашка с блюдцем и хрустальная стопка с пузырящейся белой жидкостью.
Варис протянул Лумивесте бокал:
– Инбер, ночной консьерж, с вашего позволения, предлагает вот это для поправки здоровья. Он большой специалист в подобных вопросах. Предупреждаю, зелье на вкус отвратительное, так что пей залпом.
Лумивеста одним глотком выпила дижестив и почти немедленно как-то успокоилась.
Варис поставил поднос на чайный столик и уселся в кресло напротив Лумивесты.
– Итак, о чем ты хотела поговорить?
– О железных путях, – поспешно сказала она. – Моему коронату необходима путейная ветка.
– Согласен. Но я не путейный инженер.
– Да, но ты в парламенте. Гораздо чаще, чем я.
Он задумался.
– Когда Сильверн начнет проводить геодезическую съемку у тебя в коронате, он может заняться и этим. Он прекрасный картограф, к тому же у него будет возможность сделать люксивы труднодоступных мест, мостов и туннелей. Ты знакома с люксивацией?
– Я знаю людей, которые в этом разбираются. И сама могу научиться. Но как же парламент?
– К счастью, предложения, связанные с железными путями, принимают без особого труда. Разумеется, следует заручиться поддержкой, в первую очередь Туроскока, а еще Грандвью, Плешера и остальных. Я дам тебе список имен, напиши всем. Можно без особых подробностей. «Мы слишком долго прозябаем из-за грунтовых дорог», что-нибудь в этом роде. Они сами составят нужные предложения и внесут их на рассмотрение. И, конечно же, посовещайся со своими представителями в палате общин. И не забудь провести работу с населением.
– Что я должна сказать людям?
– Скажи им, что в коронат проведут путейную ветку – именно так, без всяких «предлагают провести» или «рассматривают возможность провести». Ну а после… знаешь, никаких особых правил не существует, однако не помешает прислушаться к тому, что люди скажут. Да, и следует быть готовой ко всевозможным затруднениям и сложностям.
– Помоги мне подготовиться.
Он предложил ей семги, а потом сказал:
– Что ж, если тебе интересно… Все понимают, что для путейной ветки нужен участок земли шириною в десять шагов, а при строительстве ветки протяженностью двести милов из землепользования и налогообложения будет выведен всего один квадратный мил земли. Однако, к изумлению немалого числа коронов, чтобы проложить путейную ветку, недостаточно провести прямую линию на карте местности. Движители не могут преодолевать крутые склоны, возведение мостов очень затратно, грунтовые работы еще дороже, а рытье тоннелей обходится и вовсе в запредельные суммы. К тому же даже опытные картографы за день способны провести съемку всего трех, в лучшем случае четырех милов. Более того, движителям нужны места для заправки водой и углем – не там, где это удобно, а там, где это необходимо. Перевозка свежих продуктов в вагонах-рефрижераторах невозможна без льда. Скот надо кормить, поить и выгуливать. Пассажиры требуют исполнения огромного количества запросов и каждый день придумывают все новые и новые. Далее, кому-то придется расстаться с земельным наделом, еще кому-то – с тишиной и покоем, кому-то придется жить с постоянной угрозой пожаров, под колеса может попасть чья-нибудь корова или, как ни печально, чей-нибудь близкий. Ты никогда не видела, как деревня пытается справиться с последствиями крушения поезда?
– Ох, нет.
