– Палион – это просто слово. Можно жить как палион, соблюдать все правила и вести себя с честью и достоинством и при этом не носить титула «палион». Как сказал бы Варис, если Богиня и ее спутники – просто-напросто вымысел, наверное, этот вымысел на чем-то основан. А значит, если так называемые «настоящие» палионы существуют, то это тоже на чем-то основано.
Лумивеста обхватила пальцами правой руки левое запястье.
– Вот видите, – торжественно изрек Сильверн, – хоть вас и не именуют палионой, вы сейчас сделали жест-отворот, самый что ни на есть палионовский оберег.
– А какой тогда смысл в этом титуле, если для его получения достаточно всего лишь захотеть?
– Я не говорил, что достаточно захотеть. Я сказал, что, наверное, для этого надо жить как палион. – Он чокнулся с бокалом Лумивесты. – Так было во времена лорда Фальшиона, так оно есть и сегодня.
Они допили кларин. Подошла Эдеа, приобняла Сильверна за плечи. Лумивеста, не в силах вынести это проявление нежности, пожелала им спокойной ночи и вышла из столовой.
Варис открыл дверь после первого же стука. Он уже разулся и снял сюртук, но еще не готовился ко сну.
– Входи, пожалуйста. – Он захлопнул за Лумивестой дверь, указал на диван в гостиной. – Садись. У меня из выпивки только виски, но…
– Нет, мне ничего не нужно, спасибо. И сидеть здесь мне вовсе не хочется.
– Что ж…
Он прошел по коридору в спальню, где горел свет. На примятой заправленной постели лежала раскрытая книга. Варис положил ее в тумбочку, прислонился к краешку кровати и скрестил руки на груди.
– Хорошо, что ты осталась с нами, – сказал он. – Извини, что из-за моего поведения тебе было трудно на это решиться.
– Твоей вины здесь нет, это просто я не поняла.
– Тем не менее ущерб нанесен, и, независимо от того, можно ли его исправить, кто-то должен быть виновником. Как ты уже наверняка знаешь, я не верю, что посещение Темного Покоя тут поможет.
– Не буду спорить.
– Вот и хорошо, – произнес он так громко, что она вздрогнула, но потом вспомнила, что у северян повышенный тон означает ласку. – Потому что спорить мне сейчас совсем не хочется.
Он встал и с удивительной быстротой ухватил верхнюю пуговку на сорочке Лумивесты.
– В ванной есть халат.
Она коснулась его руки – расслабленной, ничуть не напряженной, – и вспомнила, что вообще-то Варис прекрасно фехтует, а значит, очень опасен.
– Ты намерен продолжать?
– Будь так любезна, начни первой.
– Только если баш на баш.
Он кивнул.
Она сняла с него сорочку, а он стоял, не шелохнувшись – расслабленно, но совершенно неподвижно. Наверное, это тоже что-то означает, подумала Лумивеста; может быть, так он отвечает на непроизнесенный вопрос об Агате.
Вернувшись из туалетной комнаты, Лумивеста увидела, что Варис выключил свет и развел огонь в камине. Янтарный свет заливал комнату, оставляя углы в темноте. Варис сидел на кровати, накрывшись простыней и подтянув колени к груди.
Лумивеста повесила халат на столбик балдахина и улеглась в постель, чуть вздрогнув от прикосновения прохладного льняного полотна. Варис с робкой улыбкой взглянул на нее, но по-прежнему не шевельнулся.
Немного погодя она тоже села в постели и спросила:
– Ты действительно намерен заплатить Сильверну за проведение картографических изысканий в моем коронате?
– Кто-то же должен это сделать. А ты сама видела, как это происходит в парламенте.
– У меня не бедный коронат.
– А когда к вам проведут железные пути для перевозки руды и леса, он станет очень богатым коронатом.
– Откуда ты столько знаешь про…
– Я не так хорошо осведомлен, как ты, но мои шпионы неплохо работают.
– Но зачем тебе…
– Моя милая коронесса, не сочти за грубость, да еще и в самое неподходящее время, но прошу тебя, не будем об этом. Сильверн предлагает свои услуги с большой скидкой. Правда, Винтерхольма об этом просить не стоит – в его профессии скидки не приветствуются.
– Я о другом. Почему все вы… ох, да что же это я! Я же не хочу пропустить утреннюю службу. Вдобавок я пришла к тебе не для того, чтобы обсуждать дела.
– Я с удовольствием готов обсудить дела, а до утра еще далеко. Ты читаешь авантюрные романы?
Она покосилась на него:
– Иногда.
– Нет-нет, это не упрек. Среди них встречаются очень хорошие. Да и потом, что еще можно найти в вокзальных киосках? Авантюрные романы, газеты, «Жизнь знаменитых путейных финансистов» и «Добрый движитель Динь-Динь».
– А это еще что?
– Детская книжка. Динь-Динь живет в Парчестере вместе с целым депо путейного оборудования – Паровозик Пых, Кран-Кривляка – да-да, не смейся, – развозит грузы и пассажиров. Гикори его очень любит. Точнее, любил, когда был младше, – улыбнулся Варис.
– А, ну да.
