Очень быстро, косясь на дергающиеся неподалеку Тени, я просмотрела содержимое собственной сумки. Нацепила на шею кристалл со свидетельством о рождении. Нашла шерстяной жакет и впопыхах его натянула. Утренняя прохлада пробирала до костей. На дне сумки обнаружился мешочек с деньгами. Колдун не соврал. И не поскупился. Тяжелый бархатный кошель оттягивал руку. Но мне впервые в жизни хотелось использовать заработанные гваны не по назначению. Не как средство для выживания в этом суровом мире, а как снаряд. Запустить бы этим мешочком Иелграину в лицо! Прямо в его колдовскую, наглую, окутанную тьмой физиономию. Жаль только, до цели не долетит – будет перехвачен магией. А хотелось бы, чтобы треснул от души. Куда Илгра вообще меня отправил?
– Сила… – шипели неугомонные Тени. Дергались, будто привязанные к усыпальницам.
– Плохо, Соана, очень плохо, – бурчала я, развлекая сама себя. – Ты попала в мир мертвых. Он обитаем, и тебе тут не рады. Вернее, рады, но с явным гастрономическим интересом.
На дальнем холме, что практически вздымался к облакам, на самой высшей точке располагалась странного вида конструкция. Больше всего она напоминала стрельчатую арку со свисающим на длинных цепях плоским диском. Чует мое сердце: арка и диск неспроста видны с любой точки кладбища. Надо идти туда. К тому же и дорога обнаружилась. Между усыпальницами и надгробиями петляла вымощенная камнем тропа. Достаточно широкая, чтобы по ней можно было идти вдвоем. Дорога – это хорошо, это обнадеживает. Раз есть творение рук человеческих, значит, и выход найдется. Еще я высмотрела стены по бокам жутковатой долины. Солнечные лучи скользили по ним, оставляя много теневых мест. Что ж, если скакать по светлым пятнам, не сходить с дороги и избегать темных участков, то у меня есть шанс выбраться отсюда живой. И нет, мне совсем не интересно, что такое эти Тени.
Кошель я сунула в карман, предварительно любовно погладив мягкую ткань. Мои денежки! Разумеется, разбрасываться ими я не стану, как бы ни хотелось превратить тяжелое в метательный снаряд для Илгры. Я их заработала. Наличие гванов весьма грело душу. Благодаря им я буду искать новую работу, когда выберусь отсюда. Не с таким неблагодарным работодателем, как колдун! Полегчавшую сумку я забросила на плечо и осторожно двинулась в путь. План скакать по солнечным зайчикам на дорожке сразу дал трещину. Почему-то очень ныла нога. То ли я ее подвернула, когда цеплялась за бревно, то ли нечаянно повредила при приземлении, но несчастная лодыжка протестовала при каждом шаге. Однако я упрямо хромала, вглядываясь в достопримечательности.
Когда-то здешние усыпальницы совершенно точно были красивыми и богатыми. Они и сейчас производили впечатление, щеголяя мрачными барельефами. Сводчатыми нишами, в которых клонили головы молящиеся ангелы. Рогатыми горгульями, восседающими на крышах. Через покосившиеся стены заброшенные гробницы являли наружу угрюмое нутро. Вот только мне казалось, что оно не такое уж заброшенное. В бледном рассветном мареве древнее кладбище выглядело как хитрый зверь. Он заполз в нору после ночной охоты и теперь с интересом наблюдал оттуда за глупой пташкой, что так опрометчиво выпрыгнула на дорожку.
– Галлюцинации, – ворчала я, старательно вглядываясь в темноту гробниц. – Работа у колдуна пошла тебе не на пользу, Соана. Ты находишь гробницы очаровательными. И что в теневом антураже тоже есть свой шик.
Ближайшая усыпальница тихо вздохнула, и, вскрикнув, я припустила быстрее. Сожри-меня-Сшоз, сожри-меня-Сшоз, сожри-меня-Сшоз! Как бы я сейчас была рада компании Лиама. Отчаянный, бесшабашный парень – то, что надо для подобных прогулок. А Иелграин – гад, хоть и целуется хорошо. Звуки шагов множились, эхом отдаваясь от стен. Шептали, усиливая чувство опасной игры. Когда рядом вздохнула еще одна усыпальница, нервы не выдержали.
– Кто здесь? – заорала я, прокручиваясь на месте. – Я сказала, что запулю вам магией? Не нарывайтесь!
– Мы… Ждем… Скорее… Голод…
К бесу эту мрачную эстетику. Скорее наступай, рассвет, скорее! Каждое новое пятнышко света я встречала с ликованием. А когда с неба на голову спикировало крылатое нечто, не удержалась и с воплем шарахнулась в сторону. Чуть в надгробный камень не впечаталась.
– Еще один пернатый гад! – заорала во все горло, опознав в напугавшей меня туше обычного ворона. Хвала Великой Лиисан, не Верховода. Другого, простого постороннего ворона. – Летают тут… Нормальным людям пройти не дают.
В гневе я запустила вслед птице сумкой. Не попала. Но зато отчетливо рассмотрела, как дернулись тени там, куда упал куль. Кинулись на него, как на добычу. Желание орать резко пропало.
– Помогите! – пропищала сдавленным голоском.
«У него ритуалы темные, – вдруг припомнились слова Лиама. – За них платят своей душой». Неужели это расплата за оживление? Меня сожрут Тени?
