– Странные у вас отношения, – проговорила я близнецам вслед и даже придержала дверь, чтобы Зоиррс поскорее вынесли из комнаты гаденыша Фэта. – Вы все-таки подумайте над тем, чтобы оставить его и присоединиться к Илгре. Не знаю, что произошло между вами в прошлом, но с таким другом и враги не нужны!
Молчаливые близнецы на это ничего не ответили. Как только за ними захлопнулась дверь, весь мой кураж исчез. Крохи храбрости испарились, оставив вместо себя нервную икоту.
«Иначе ты сдохнешь», – звучало в голове.
Они не шутили. И даже не пугали. Просто поставили перед фактом. Как бы Иелграин ни оберегал свое прошлое, придется лезть в его душу. И надеяться, что мой работодатель не придет в неистовство.
Протяжный крик, от которого кровь стыла в жилах, разнесся по лесу, эхом отразился от вековых стволов, запутался в ветках. За мной наблюдали. Невидимый, но опасный враг кружил неподалеку, наслаждаясь моим страхом. Зато когда в ветвях шевельнулась крылатая тень, я улыбнулась. Все-таки не одна! У меня появились дополнительные глаза и уши. Сразу сделалось не так страшно. А когда по листве зашуршал длинный подол платья, душу затопило острое дежавю…
Я резко села, распахнув глаза. Оказывается, задремала, пока ждала Илгру. Колдун до сих пор не появился. А в окно уже начали просачиваться сумерки.
– Кош-ш-шмары? – понимающе протянула Нанси.
Она и другие аекки парили возле кровати, стараясь держаться в глубоких тенях, падающих от мебели. Увидь я подобное до приезда в Лардож, нервный срыв был бы обеспечен. Разговаривающая темнота со вспыхивающими в некоторых местах огоньками! Но служба у колдуна действительно закалила, поэтому сейчас я лишь кивнула.
– Где Дукос?
– Отправилс-с-ся с Илгрой.
– Илгра сразу его забрал, не заметила разве? – хмуро донеслось из угла. А вот и Верховод, легок на помине. – Совсем мозги растеряла от приезда в большой город. Прав был тот толстяк: деревенщина. Не только мозгов, но и глаз нет.
Ой, я совсем забыла выпустить ворона из клетки. Как поставила в угол, едва мы зашли в комнату, так она там и стояла. Теперь понятно, почему Верховод без настроения. Впрочем, он вечно в своем сварливом амплуа.
– Вот почему я тебе поперек клюва? – спросила, открывая клетку. Птица ловко выбралась наружу, встряхнула крыльями, подняла дыбом перья на шее, а затем помотала головой. Ни дать ни взять сбрасывала напряжение. – Я тебе ничего плохого отродясь не делала.
– Хочеш-ш-шь, мы его выпьем? – подлетела сзади Нанси.
Другие аекки протестующе зашипели.
– Да, птиц мы не ж-ж-жалуем. Но ради наш-ш-шей девоч-ч-чки…
– Окно открой, – ворчливо попросил ворон, опасливо косясь на аекков. Тон у него стал гораздо мягче. – Полетаю, крылья разомну. И если что, за меня не беспокойся. Вернусь в целости.
– Кто бы сомневался, – так же ворчливо отозвалась я.
Однако окно открыла. Высокие у нас отношения, что ни говори. Оба им не рады. А Верховод мог бы извиниться за причиненный вред. Но нет, у него скорее перья выпадут, чем он выдавит из себя: «Прости, был не прав». А я его между тем в котел не пихала. И клевать себя до крови не заставляла. Ни капли не виновата, что мы теперь связаны. Я до сих пор не до конца понимаю, как он не сварился заживо в процессе.
Бесшумной, очень знакомой тенью ворон сорвался с подоконника и растворился в темнеющем небе Баргеста. Некоторое время я смотрела вслед.
– Мы тоже прогуляемс-с-ся, – прошипела Нанси. – Далеко не уйдем, все ж-ж таки лекиф-ф-ф в комнате. Но с-с-скоро Илгра зайдет. Вам надо поговорить. – Она с намеком покружила вокруг меня. – З-з-за мной, мальч-ч-чики! С-с-соскучились по дому?
Тени вытекли наружу, как черная вода. А в дверь действительно через пару мгновений вошел Илгра.
– Соана, я немного задержался…
Колдун осекся на полуслове, потому что я кинулась к нему на шею. Плевать, что после тех поцелуев на кладбище и в его кровати у нас даже объятий не было. Иелграин мгновение стоял неподвижно, затем жадно притянул меня к себе и погладил по голове. Я сопела ему в плечо, крепко обхватив руками за талию, наслаждалась ощущением надежности. Мой колдун пришел, теперь никакие Фэттианы и жуткие близнецы не страшны!
– Соана, что случилось?
– Заходили твои… коллеги. Те самые.
Илгра выругался. Откинул назад голову, открыв взгляду крепкую шею, и выпустил Тьму. Я с восторгом наблюдала. Тьма Илгры потекла во все стороны, замирая у тех предметов, которых касался толстяк Фэт. Некоторые оставались неизменными. А от некоторых Тьма шарахалась.
– Вот же… проклятийник! – сквозь зубы пробормотал колдун. – Даже тут не удержался. Ты не касалась ничего из того, что трогал он?
– Нет.
– Умничка.
Про пятно на запястье решила пока промолчать.
Иелграин пробормотал несколько певучих слов, и Тьма шарахнула в стены. Она буквально «выжгла» все, чего в комнате не должно было быть. Он тоже был Темный, тоже колдун, управляющий магией с помощью мрачных сторон души, но какая разница с Фэттианом! Если бы мне пришлось выбирать, то я хотела бы быть такой, как Илгра.
– Соана, ты позволишь? – Иелграин протянул руку к моему лбу. – Хочу знать, что он тебе говорил.
