– Это несколько примиряет меня с действительностью, – расплывчато высказался он.
– Конкретнее, юный некромант.
– Ревность самого Иелграина! Прогулка определенно удалась.
– Рискуешь!
– Люблю такое, ага.
– А силенок хватит?
Небесный и изумрудный взгляды скрестились перед дверью гостиницы, словно две штормовые волны. Я испугалась. Однажды Лидийе рассказывала мне про удовольствие, которое испытывает девушка, когда два парня сталкиваются из-за нее лбами. Якобы это ни с чем не сравнимое блаженство, особенно если парни дерутся прямо у девушки на глазах. Это как быть вознесенной на пьедестал на сильных мужских руках и взирать оттуда королевой, сверкая собственной значимостью. Я тогда посмеялась и ответила, что у нас, в Кипени, боевых парней нет. А те, что есть, сами не прочь залезть на пьедестал. И вот нашлись боевые парни в моей жизни. И какие! Но мне от их столкновения безумно страшно. Совсем не мечтаю видеть их схватку, я еще от смерти Фэттиана не отошла.
– Ребята, перестаньте! – я схватилась за Иелграина и Тессариона разом. – Давайте лучше зайдем внутрь, на нас все смотрят.
Народа на улице почти не было, но прием сработал. Темные маги синхронно посмотрели на мои руки, уцепившиеся за их рукава.
– Давайте зайдем, – согласился Иелграин. – Некромант, ты первый. Я пока не готов поворачиваться к тебе спиной.
– А я, думаешь, готов?
– Я первой пойду!
Шокированная их задиристостью, я вихрем ворвалась в гостиницу, негодуя, что разумные люди вдруг сделались такими упрямцами. Иелграину и Тессариону не осталось ничего другого, как последовать за мной.
В номере некромант был не впервые, однако все равно внимательно осмотрелся, остановившись взглядом на роскошном букете, с которым пришел ко мне прошлой ночью. Я же совсем забыла о цветах. И теперь даже как-то смутилась, увидев их в вазе. А Илгра, в свою очередь, дотошно оглядел некроманта. Чуть прищурился, обнаружив лекиф у него под мышкой. От взгляда Илгры не укрылись наша потрепанная одежда и следы усталости на лицах. Прислушавшись к чему-то, Иелграин щелкнул пальцами, окно распахнулось, и в него влетел Верховод. Створки тут же захлопнулись за вороном, а плотные шторы закрылись сами собой. В образовавшемся сумраке аекки стремительно вылетели из лекифа, наполнив комнату грозными тенями. Дукос появился из стены. Теперь вся компания в сборе.
– Мы убили Фэттиана, – без предисловий заявила я, не дожидаясь, пока Иелграин начнет задавать вопросы.
Колдун закашлялся.
– Не ожидал, – наконец выдал он, придя в себя. – Думал, ты начнешь с другого. А некромант, значит, пособник. Помогал прятать труп.
– Я создал этот труп! – задрал нос Тессарион. – Упокоил гнусь собственноручно. За то, что он подверг Соану пыткам через специальную куклу. Ее мы нашли у отца в башне, но не успели выкрасть. А еще за то, что душил Со и пытался сбросить с лестницы.
– Со? – хрипло выдохнул мой темный маг, и его взгляд заполыхал колдовской синью. Илгра прикрыл глаза, старательно подышал. – Сын Виандера, осторожнее с нежностями, – посоветовал он, когда открыл глаза. – Я нисколько не грущу о скоропостижной кончине проклятийника, однако ответ держать придется. В башне, выходит, были. Зачем вас туда понесло?
Последнюю фразу Илгра буквально рыкнул.
– Мы вычислили, кто стоит за проклятием, и искали пути от него избавиться. Соана попросила меня о помощи, – протараторил Тессарион.
– Я просто показала пятно! – добавила я.
Иелграин снова прикрыл глаза и еще раз сделал несколько глубоких вдохов-выдохов. А когда открыл глаза, мы с Тессарионом невольно втянули головы в плечи, ощутив себя нашкодившими котятами.
– Соана, у тебя талант покорять мужские сердца, – сухо заявил колдун. – Этот юноша в тебя бессовестно влюблен.
– Но мне
Илгра победно блеснул улыбкой.
– Не забывай об этом.
– А еще вот.
Я торопливо достала из-за пазухи куклу-найденыша, изображающую красивую девушку в черном. Илгра изменился в лице, и у меня тут же заледенело сердце.
– Это она, – тихо прошептала я.
Аекки пронзительно шипели. Гортанно каркал ворон. Что-то вещал Дукос. Но я видела только застывшее, как восковая маска, лицо мага.
– Да…
Уже по пути в гостиницу я догадывалась, кем в прошлом была эта девушка, ставшая образцом для красивой куклы. Да что там! Сердце подсказало мне ответ даже раньше, едва я взяла куклу в руки. Подозрение лишь окрепло от шального взгляда Фэттиана, увидевшего ее перед смертью. То, что он выпрашивал у Виандера Первого, с легкостью попало ко мне. Иначе как судьбой это не назовешь. Из тысяч вещей, наполнявших башню, собранных там для колдовства и шантажа, мне попалась именно Атэша, первая любовь Илгры. Мне повезло. Или не очень. Потому что смотреть на реакцию любимого мужчины – это отдельный вид пытки.
– Фэттиан планировал искать некроманта, чтобы использовать ее. Уговаривал отца, – тихий голос Тессариона привел Илгру в чувство.
