Мужчина в жеваной, залитой вином рубахе пробивался сквозь толпу к месту конфликта. Роста он был не то чтобы большого, но грудь его объемом не уступала хорошей бочке, а квадратной, поросшей огненно-рыжей бородой челюстью, казалось, можно сокрушать камни. В рыжей же, коротко стриженной шевелюре мелькали кое-где седые пряди, из-за чего голова его напоминала поле битвы, на котором войско в рыжих мундирах отчаянно сопротивлялось наступлению противника в сером. Прятавшиеся под кустистыми бровями сердитые глаза налились кровью. Он шагал по снегу босиком, и над отпечатками его ног клубился пар.
— Именем астелов, что здесь происходит? — взревел он громовым голосом. — Дрейк! Гром и молния, приятель, что ты делаешь с моим гарнизоном?
— О, — пролепетал Пентиус, и бумажки у него в руках затрепетали, как осиновый лист. — Сэр… Я не знал, что вы уже встали. То есть, сэр, я не думал, что вы сегодня встанете. Я как раз хотел уладить это дело, чтобы вас не беспокоить.
Мужчина остановился, покачнувшись, и упер руки в бока. Он смерил свирепым взглядом Пентиуса, потом Дрейка.
— Морин меня из такого бодуна вытащил ради этого, — рявкнул он. — Так что уж постарайтесь, чтобы новости были хорошими.
— Да, сэр. То есть уверен, так и будет. — Пентиус махнул рукой центуриону. — Арестуйте их. Немедленно. Слышали, что сказал граф?
— Я не приказывал никого арестовывать, — прорычал Глэнтон, наливаясь кровью. Нахмурившись, он уставился на Дрейка, потом на Кэлен — и взгляд его, несмотря на очевидную нетвердость в ногах, оказался острый, пронзительный. — Ба, Дрейк, ты что, наконец-то бабу себе новую нашел? Вороны свидетели, давно пора. Я всегда говорил, с тобой ничего такого не случилось, что нельзя было бы исправить добрым перетрахом… или двумя.
Кэлен почувствовала, что щеки ее начинают пылать.
— Нет, сэр, — сказала она. — Все не так. Стедгольдер помог мне благополучно добраться до вас, чтобы предупредить.
— В нарушение всех правил… — вмешался Пентиус, шелестя бумагами.
Глэнтон раздраженно выхватил бумажки из руки Пентиуса.
— Да перестань размахивать этим у меня перед носом, — рявкнул он. Блеснула яркая вспышка, полыхнуло огнем, и свежий зимний ветер подхватил ворох легких черных хлопьев. Пентиус негромко взвизгнул.
— Ладно, — продолжал Глэнтон, отряхивая руки. — Предупредить, говоришь? О чем?
— Мараты, — сказал Дрейк. — Они в долине, сэр. Я думаю, они идут сюда.
Глэнтон хмыкнул и, выпятив подбородок, повернулся к Кэлен.
— А ты кто такая?
— Курсор Кэлен, сэр. — Кэлен невольно задрала подбородок повыше и встретила налитый кровью взгляд Глэнтона, не дрогнув.
— Курсор, — буркнул Глэнтон и испепелил Пентиуса взглядом. — Значит, ты хотел арестовать одного из курсоров Первого лорда?
Пентиус силился сказать что-то в ответ.
— И одного из моих стедгольдеров?
Пентиус, казалось, сделался меньше ростом.
— Тьфу, — рявкнул Глэнтон. — Болван. Поднять гарнизон по тревоге, отозвать всех солдат из отпусков и увольнительных, всем находиться в боевых доспехах и при оружии — немедленно!
Пентиус выпучил глаза, но Глэнтон уже переключил внимание на Дрейка.
— Как думаешь, насколько скверно обстоит дело?
— Пошлите весть в Риву, сэр, — негромко сказал Дрейк.
Глэнтон выпятил челюсть еще сильнее.
— Ты хочешь, чтобы я объявил всеобщую мобилизацию? Я не ослышался?
— Нет.
— Ты знаешь, что со мной сделают, если ты ошибаешься?
Дрейк кивнул.
— Дозоры, — прорычал Глэнтон. — Разошлите дозорных и следопытов и немедленно свяжитесь с нашими сторожевыми башнями.
— Д-да, сэр, — наконец выдавил из себя Пентиус.
Мгновение Грэм молча смотрел на него. Потом побагровел еще сильнее и рявкнул:
— Ну!
Пентиус подпрыгнул, как испуганная мышь, повернулся к ближайшему солдату и принялся повторять ему распоряжения Глэнтона.
Глэнтон тем временем переключился на Дрейка.
— Так, ладно. А теперь объясни-ка, на кой черт ты дурака валяешь. Зачем ты оглушил моих солдат?
Легкое, скользящее движение холодного воздуха коснулось затылка Кэлен, заставив ее вздрогнуть — Бектас предупреждал ее. Она оглянулась и едва не зажмурилась от белизны снега и отраженных от него солнечных лучей. Она прикрыла глаза рукой, но так ничего не увидела.
Бектас снова коснулся ее: новое предостережение.
Кэлен медленно вздохнула, вглядываясь в пространство перед воротами.
Завеса была так хороша, что она почти ничего сквозь нее не видела.
Там, в каких-то десяти футах от них, в воздухе возникло какое-то возмущение: едва заметный танец света, что-то вроде дрожащего над раскаленным на солнце камнем марева. У нее перехватило дух, но она шепотом послала Бектаса вперед. Астел обнаружила там шар сгустившегося воздуха — она сама использовала такие, чтобы яснее наблюдать удаленные от нее предметы.
Кэлен вздохнула и послала Бектаса прямо на этот шар. Послышался легкий хлопок, и на месте шара возникли три парившие в воздухе человеческих фигуры в доспехах, с обнаженными мечами в руках. Кэлен закричала, и те от неожиданности замешкались, вместо того чтобы действовать немедленно.
