Я уверен, что не полностью передал своих чувств, многим написанное может показаться чушью. Но так я чувствую себя. Я заранее понимаю, у меня не получится выразить всего себя на бумаге, не все возможно описать словами. Мне кажется, я чувствую намного острее, чем мыслю. Я в первую очередь чувствую, ощущаю и только потом осознаю свои ощущения. Их не просто переложить в слова. У языка есть правила и границы, от него веет обыденностью. Он никогда не меняется, он груб, ему не хватает гибкости. Он ограничен и не может передать всей глубины, непредсказуемости и случайности моих чувств. Переложить чувства в слова – значит опосредовать их и лишить неповторимости. К сожалению, у меня никогда не получится высказать себя, потому что язык не способен на это. Я навсегда останусь замкнутым в себе.
Всю жизнь я искал форму самовыражения. Я хотел стать заметным, подчеркнуть свою индивидуальность и эксклюзивность. Мне нужно было отделить себя от исторического процесса и возвыситься над миром вещей. Я хотел добраться до края света и закричать в лицо Вечности: «Я есть!». Я должен был оставить след в мире и не потеряться в веках. Для этого я должен был выделиться, стать тем, чем другие не были. Мне нужна была моя жизнь, я не хотел просто повторять за другими.
Однако все внешние способы самовыражения были коррумпированы. Мне нужна была чистая форма, незапятнанная недосказанностью, коммерцией, трусостью. Я хотел найти занятие, вещь или явление, которое бы полностью выразило все мое существо. Мои действия должны были выразить меня, мое стремление к Вечному, мою борьбу со смертью, мое одиночество. Мне нужно было что-то, с чем я мог бы себя ассоциировать.
Ничего не могло удовлетворить меня. Я пробовал работать, учиться, писать. Все это не удовлетворяло моего порыва к подлинности, к себе, к «настоящности». В связи с этим я постоянно ощущал дискомфорт, мне казалось, я был занят не тем, чем нужно, и все время находился не на своем месте. Я хотел найти то, что придало бы мне форму и собственный голос.
