Астраханское ханство полностью

По Реммал-ходже, поход был вызван тем, что Ямгурчи ("Ягмур-Джи"), занявший астраханский трон, захватил торговый караван на пути из Казани в Крым. Обиженные купцы пожаловались Сахиб-Гирею, и тот, возмущенный вмешательством в торговлю Казани с Крымом (ведь он занимал казанский престол в первой половине 20-х годов и со столь важной для Казани торговлей с Крымом был хорошо знаком), стал готовить полномасшабный поход на город. Для астраханской экспедиции была объявлена полная мобилизация; в ярлыке, изданном ханом, было сказано, "что никто не может остаться на земле, весь народ, или армия (халк) должны привести себя в боевую готовность (сефер айагын эдюб), и если есть кто-нибудь, кто не станет рядом с ханом сразу после Ор Агзы (Перекопа), то его собственность должна быть разграблена, а голова сражена". Диван хана был отложен, а во все уголки страны отправлены послания о том, что если какой-либо мужчина от 15 и до 70 лет не успел присоединиться к походу, то он столкнется с жестоким, смертельным наказанием (мюхкем сийасет). Крымские войска в походе насчитывали от 200 до 1000 тюфенкчи (воины, вооруженные по османскому образцу ружьями — тюфенк), силы хана достигали 10 000 (включая подразделения беев), племенное ополчение насчитывало будто бы 250 000. После того как крымские войска в течение суток форсировали Дон (единственное крупное препятствие на пути), судьба города была решена. Астрахань была захвачена благодаря полевой артиллерии и отрядам тюфенкчи. Ямгурчи бежал, а часть его свиты и окружения была взята в плен и доставлена в Крым с обещанием, что им не будет причинен вред [Tarih-i Sahib 1973: 97-105; Остапчук 2002: 399–105].

В результате крымского набега город был разорен, а жители угнаны в Крым. В письме Ивану IV (получено в Москве в декабре 1547 г.) Сахиб-Гирей писал: "А ныне на недруга своего на Астраханского ходили есмя, и Бог милосердье свое учинил, взяли есмя юрты его, хотели есмя держати, да затем покинули, что место недобро. И мы того для людей их и улусов их там не оставили, все пригонили к себе. Ож даст Бог, хотим тот юрт устроити и держати его. Коли есмя Астрахан взяли, ино нагайские князи Ших-Мамай князь в головах и все мирзы нам послушны учинились: кого мы велим им воевати и им того воевати…" [РГАДА, ф. 123, oп. 1, ед. хр. 9, л. 57] (см. также несколько усеченную цитату [Некрасов 1990: 109]). Согласно турецкой рукописи, принадлежавшей Одесскому обществу истории и древностей, Сахиб-Гирей, "победив астраханского хана Ямгурджи, разсеял его подданных, а избежавших смерти мужчин и женщин, со всем имуществом и богатствами переселил в Крым" [Негри 1844: 384]. История ханов Крыма из собрания СПбФ ИВ РАН также называет Сахиб-Гирея победителем хана Хаджи-Тархана "Ягмурджи" (يغоررجءا) [ОР СПбФ ИВ РАН, рук. С 861 (II. 6.40), л. 9].

Разгром Астрахани вызвал недовольство ногаев[183]. В декабре 1547 г. из Крыма в Москву пришли вести, посланные еще в ноябре. Ногайские мирзы посылали к Сахиб-Гирею гонца с упреками в адрес крымского хана: "Про што деи еси Астрохан[ь] разорил? Мы деи и преж обе Астрохан[ь] взяли, да не разорили" [РГАДА, ф. 123, oп. 1, ед хр. 9, л. 53; Кушева 1963: 188; Некрасов 1990: 109]. Это упоминание о взятии Астрахани ногайцами "преж" Сахиба позволяет предположить, что Аккубек занял престол именно с их помощью [Некрасов 1990: 109].

Ногаи, однако, не ограничились словесными упреками, но предприняли ответные меры: через некоторое время по возвращении Сахиб-Гирея в Крым они, как сообщает Реммал-ходжа, совершили большой военный поход на полуостров, но были отбиты [Tarih-i Sahib 1973: 106–113; Некрасов 1990: 109].