Османские историки XIX в. Халим-Гирей в "Гюльбун-и ханан" и Джевдет-паша в "Тарих-и джевдет", имевшие достаточно подробную информацию о крымских порядках, связывали возникновение должности калги с Менгли-Гиреем: "Когда Менгли-Гирей отправлялся на войну и в набег на страны гяуров, и его спрашивали о том, кого же он оставляет своим наместником для охраны Крыма, то он выражал свою волю, отвечая на татарском языке: "Пусть останется… сын мой Му-хаммед-Гераи". Таким образом, Мухаммед-Герай до благополучного возвращения своего отца из похода вкушал от сладости властительства. А потом, по возвращении, уже отцу казалось неловким, несправедливым испортить вкус этой сладости солью отставки: он, вместе с его титулом калги-султана, учредил новую должность, отчислив на не? определенный оклад из доходов с таможен и соляных озер, указал город Ак-Мечеть и местности, принадлежавшие к его округе. А с падишаховой стороны ему дана была грамота на бытие его наследником престола" [Смирнов 1887: 353] (см. также [Cevdet 1889: 15–16]). В. Д. Смирнов также связывал возникновение должности с Менгли-Гиеем: хан, "убедившись в ненадежности коренного тюркского порядка Престолонаследия для прочности строя, решился изменить его" — передать право наследования власти не старшему в роде, а старшему сыну властвующего хана. Менгли-Гирей ввел сан калги, "которым он думал, вероятно, гарантировать правильную после себя преемственность верховной власти в Крымском ханстве" [Смирнов 1887: 353,350].
Представление об учреждении поста именно Менгли-Гиреем кажется не более чем легендой, родившейся в среде самих Гиреев. Титул "калга" существовал и ранее, причем не только в Крыму. В. В. Вельяминов-Зернов указывал, что у бухарских Шибанидов это звание отмечено в 1512 г., причем как старинное [Вельяминов-Зернов 1864: 416–417] (см. также [Matuz 1970: 103]). Первое время при Менгли эту должность занимал его брат Ямгурчи, потом — сын Мухаммед-Гирей, который и стал впоследствии ханом. Его смерть (вместе с калгой Бахадыр-Гиреем) вывела на арену Саадет-Гирея. Саадет не стеснял себя сменой родственников на посту калги. Так, он пошел на некоторый компромисс с Ислам-Гиреем, калгой при нем стал Сахиб-Гирей (брат), однако и он был смещен, сослан за море, т. е. в Стамбул, а должность эту занял Девлет-Гирей (племянник).
Должность калги (впрочем, так же как и должность нуреддина) существовала не только при ханах, но и при главах наиболее влиятельных крымских родов: Ширинском [Лашков 1889: 98] и Мангытском [Matuz 1970: 103; Некрасов 1997: 98]. Сами Ширины, по всей видимости, пытались придать этим должностям право принадлежать исключительно ханским родам и собственному роду. Так по крайней мере утверждается в родословной Ширинов ("О дворянстве мурз Ширинских", 1862 г.) из Архива Таврического дворянского собрания, опубликованной Ф. Ф. Лашковым [Лашков 1889: 98; Сборник 1895: 124].
Поскольку представители рода Мангыт (как и представители Киятов/Кыятов, Коуратов/Кунгратов и др.) жили в Крыму, Казани, Ногайской Орде, а также в Астрахани [Некрасов 1997: 98], мы вправе предположить, что структура деления астраханской ветви Мангытов была аналогичной: имелся кал га, нуреддин, а также простые беи и мирзы. Мангытом, например, был беклербек Большой Орды Темир, принимавший в Астрахани активное участие в событиях, связанных с внуками Абу-л-Хайра (см. выше). Его внука Баки мы также встречаем в гоРоде в 1537 г. (см. выше).
Однако есть и еще более ранние свидетельства существования этой должности в джучидских государствах. Так, в 1377 г. Арабшах — Калга при Каганбеке, в Большой Орде в 1491–1504 гг. калгой был лозяк (Коджак), брат Шейх-Ахмеда и Сейид-Махмуда.
Должность калги существовала, как представляется, во всех Джучидских государствах. Несколько особняком стоят Сибирское и Казанское ханства. В первом случае недостаток источников не позволяет выяснить, существовал ли этот институт там. Казанский случай сложнее Отсутствие упоминаний о существовании должности калги в Казани на мой взгляд, вызвано характером там престолонаследия, марионеточным характером власти хана. Первая половина XVI в. представляла собой сплошную череду смены ханов — ставленников разных политических партий, сторонников прокрымской или прорусской ориентации. Ханам, утверждаемым из Москвы или даже Москвой прямо навязанным, трудно было бы сохранять должность престолонаследника: реальная кандидатура преемника хана часто определялась вне зависимости от их воли. В известном смысле это предопределило и размытый характер должности калги в Крыму. Мало кто из занимавших этот пост в XVI в. в действительности оказывался на престоле после смерти хана. Как правило, вмешательство внешних сил (например, османское) и внутренние противоречия существенно корректировали ситуацию.
