Г. Д. Бурдей предположил, что, когда в 1551 г. Юсуф предлагал Исмаилу перекочевать за Волгу и воевать Русь вместе с астраханским калгой Такбилди, причиной договоренности последнего с ногаями была его вражда к Ямгурчи [Бурдей 1956: 193]. Действительно, если Такбилди избрал союзниками ногаев, то Ямгурчи (видимо, после успешного совместного посольства османского и крымского дипломатов) стал ориентироваться на Крым. Так, в 1552 г. Девлет-Гирей присылает Ямгурчи 13 пушек. Впрочем, если разрыв Ямгурчи с Юсуфом и имел место, то длился он недолго: в 1553 г. Ямгурчи хотел дать Юсуфу в помощь 500 человек для похода на московские "украйны". Перевозить Юсуфа через Волгу в районе Астрахани должны были сами астраханцы [Бурдей 1956: 199]. (В дальнейшем союз Ямгурчи с Юсуфом и его детьми не распался.) Тем временем Ямгурчи, стремясь укрепить власть, убирает с дороги неугодных родственников — претендентов на престол. "…С сех мест за год, — писали в Москве в 1554 г., — побил всех Ямгурчей царь и братью и племянников, проча себе юрта, чтоб ему от них помешки не было; да чего Бог не благоволит, то как укрепити" [РИО 1887: 450].
В октябре следующего, 1553 г. в Москву прибыли послы от ногайского мирзы Исмаила, а также от "ыных мырз, Темир с товарыщи, а били челом от Смаил-мырзы и от ыных мырз, чтоб их царь и великий князь пожаловал, оборонил от Емъгурчиа царя Астороханьского, отпустил бы на Астрахан Дербыша-царя да рать свою послал и посадил бы на ней Дербыша-царя" [ПСРЛ 1904: 235][190]. Заинтересованность Исмаила в Астрахани была вполне понятной: например, в 1551 г. его зимние кочевья располагались вблизи города "верст з десять" [РГАДА, ф. 127, oп. 1, ед. хр. 4, л. 2об.]. В своих грамотах в Москву Исмаил подчеркивал преданность и нежелание вступать в союзы с иными, враждебными Москве силами, в том числе и с Астраханью: "А с отцом твоим, — писал он тогда же Ивану IV, — которое слово говорил есми, на том слове и стою, а иных людей речам не потакаю. Ханды-керю и Крыму, и Казани, и Астарохани, и нашим бы нагаям всем содиначитися да твою землю воевати, и о том Хандыкерь салтан к нам посла присылал. А яз говорю, что з белым царем, не розмолвився, мне не воеватися" [РГАДА, ф. 127, oп. 1, ед. хр. 4, л. 11-11об.]. Фактически Исмаил предлагал в обмен на дружбу и отказ от участия в анти-Московском блоке Османской империи, Крыма и Казани завоевать Астрахань, посадив на престол Дервиша. "А Акубеку царю было прибежище в Черкасех, и они его деля посрамились, да Астарохань взяв, И дали ему. А Дервишу царевичу пристанище у вас. И вы б Астарокань воевали и, взяв бы, ему дали… И толко взяв, Дервишу царевичу нехош дати. И ты б на сем лете воевал, и будет толко воевати, и ты б Дервишу царевичу срок учинил" [РГАДА, ф. 127, oп. 1, ед. хр. 4, 12-12об.].
Сам Дервиш-Али в это время был у мирзы Белек-Булата. Он направил Ивану IV просьбу принять его в Москве: "Дервиш нам бил челом, — писал Иван, — чтобы нам его к себе взяти и пожавати (так в тексте, т. е. пожаловать. — И.З.) его". На просьбу Москвы отпустить будущего хана Белек-Булат поначалу ответил отказом. В грамоте мирзы Белек-Булата о судьбе Дервиша говорилось: "…да присылал еси брата нашего Дервиша царя звати. И тому твоему человеку, которой приезжал, не поверили есмя. И будет Дервиш царь надобен, и ты пришли доброво боярина…" [РГАДА, ф. 127, oп. 1, ед. хр. 4, л. 23об., 13-13об.]. В Москве это вызвало раздражение: вероятно, с Дервишем связывали большие надежды. В мае 1551 г. Иван IV ответил Белек-Булату: "И нам о Дервише царе вперед не посылывати. А похочеш тебе нашего добра и прямые дружбы, и ты б Дервиша царя з женою и з детми к нам прислал часа того с твоим болшим послом. И мы Дервиша царя пожалуем своим великим жалованьем и юртом его устроим… А то нашей дружбе и крепость, как Дервиш царь у нас будет" [РГАДА, ф. 127, oп. 1, ед. хр. 4, л. 24об.].
