Спустя несколько дней корпусная газета «Советский патриот» посвятила нашему полку такие строки:
«Истребителей есть за что благодарить. В небе они полные хозяева. Вот уже который день они отлично
сопровождают штурмовиков, создавая им все условия для эффективных действий. ИЛы наносят по врагу
сокрушительные удары.
Летчики подразделения сбили 10 самолетов противника, 7 из них при сопровождении штурмовиков.
Командир звена старший лейтенант Попов сразил четыре «Фокке-Вульф-190» и один «Юнкерс-87». По
одному «фоккеру» уничтожили Хитров и Кулиев». [71]
Мастерство Адиля Кулиева росло с каждым боем. Он оказался стойким, храбрым бойцом.
14 марта 1943 года. Летчики только что вернулись с боевого задания. Это был уже второй вылет в тот
день. Погода стояла морозная. Летчики лежали в натопленных землянках и обсуждали результаты
проведенных боев. Фашистская авиация, несмотря на потери, за последние дни активизировала свои
действия. Особенно досаждали летчики из групп «Золотая Германия» и «Червонные тузы». Несколько
дней назад в боях с ними погибли командир эскадрильи Волченков и молодой летчик Лобутев. Тяжело
это было сознавать.
Чтобы бить фрицев — нужно взять высоту. А высота под контролем «мессеров» и «фоккеров».
Эти раздумья прервал зуммер полевого телефона. Дежурный передал:
— Тревога! Воздух!
Мгновенно опустели нары. Летчики на ходу хватали шлемофоны, пристегивали пистолеты к поясам и
спешили к своим машинам.
Из двух эскадрилий составили восьмерку, которую повел заместитель командира эскадрильи по
политчасти майор Аникин. Шли в район Старой Руссы для прикрытия своих войск, которым предстояло
форсировать реку Ловать. Кулиев шел ведомым у Аникина.
Высота 3000 метров. Хорошо просматриваются Старая Русса и озеро Ильмень, находившиеся в руках
врага.
Южнее Старой Руссы — аэродром. На нем фашистские истребители из группы «Червонные тузы».
Видно, как парами взлетают шесть самолетов. Время было послеобеденное, и солнце находилось на юго-
западе. «Фоккеры» левым разворотом пошли в сторону солнца, набирая высоту.
С земли предупредили:
— С запада приближается еще одна группа вражеских истребителей. Идет выше.
Спустя минуту, слева и сверху группу Аникина атаковали истребители фашистов. Дистанция
стремительно сокращалась. Кулиев тут же развернул самолет навстречу врагу.
Это позволило ему уйти из-под удара первой пары. Но за ней следовала вторая. Пришлось идти этим же
курсом, пока не прошла последняя пара. Кулиев вновь [72] резко развернулся и попытался догнать свою
группу. Но сзади и сверху его атаковали два «фоккера». Резко бросив машину в сторону, он ушел от огня.
Но едва Кулиев сделал это, как в хвосте у него стала пристраиваться вторая пара фашистов. Оторвавшись
от группы, Кулиев оказался один на один с четырьмя опытными гитлеровскими летчиками. Нужно было
драться. Другого выхода он не имел.
И Кулиев вступил в единоборство. Он разворачивается и идет в лоб на «фоккера». А тот уходит. Вновь
такой же маневр. И снова «фоккер» уходит, но на какой-то миг подставляет «хвост». Короткая пушечная
очередь. «Фоккер» тут же, оставляя шлейф дыма, упал.
Обозленные гибелью своего летчика, остальные фашисты усилили атаки. Кулиев еле успевает
уклоняться. Атакуют одновременно справа и слева. Но все же одна вражеская очередь угодила в машину.
В кабине полетели стекла приборов, брызнула жидкость компаса, запахло бензином. Стало щипать глаза.
Видимость в кабине заметно ухудшилась.
Кулиев открыл фонарь. Дышать стало легче.
А фрицы продолжают обстреливать. Огненные трассы проносятся то слева, то справа.
И вновь вздрогнул от удара самолет. Загорелась правая плоскость. Лететь дальше невозможно. Вот-вот
взорвется бензобак. Летчик отстегнул ремни, перевернул машину на спину, отдал ручку от себя и
отделился от пылающей машины.
Но где он? Над чьей территорией выбросился? По расчетам внизу должна быть линия фронта. А если
отнесет в сторону?
Высота достигала около 1000 метров. Кулиев не торопился раскрывать парашют. Знал, что фрицы могут
расстрелять. И лишь когда до земли оставалось совсем немного, рванул вытяжное кольцо. Вслед за
динамическим рывком почти тут же ударился о землю.
Освободившись от лямок, бросился в первую же воронку. Вытащил пистолет и стал осматриваться.
Вокруг ни души. В полукилометре горит деревня. Снег вокруг черный от взрывов мин и снарядов.
Вдруг слева появились трое. Кто они? Свои или фашисты? Приготовился к бою. Трое тоже залегли.
— Что же ты прячешься? Или своих не узнаешь? [73]
На душе у Кулиева сразу стало легче. Через минуту они были уже вместе.
Начала бить артиллерия. Под грохот снарядов они бросились к окопам. Оказывается, весь бой проходил
на глазах пехотинцев. Фашистский летчик взят в плен и находится на командном пункте фронта. Туда же
доставили и Кулиева.
Среди пехотных генералов на командном пункте находился и командир авиакорпуса генерал-лейтенант
авиации Белецкий. Сержант Кулиев представился.
— Я-то думал, что в самолете сидит богатырь, а ты еще совсем юноша, — удивленно проговорил
пехотный генерал. — Но дрался ты здорово, молодец!
