... Обычно бывало так. Вылезает он из кабины истребителя, разминает ноги, большой, неповоротливый.
К нему подбегают летчики:
— Ну как?
Он останавливается, смотрит внимательно, будто прикидывая, говорить или не говорить, и бросает
густым, растянутым басом:
— Ну, сбил двух...
Больше ни слова. Он не любил много говорить, по натуре был молчалив. И если к нему приставали, просили рассказать о подробностях боя, то говорил:
— Какие тут подробности! Налетели на меня. Я как рубанул, и «мессер» загнулся. Вот и все.
Гавриил Гуськов в полку сразу же обратил на себя внимание. В воздухе хладнокровен, настойчив, дерзок.
Он бил врага, когда расстояние сокращалось до минимума. У него был точный расчет, и если открывал
огонь, то можно спокойно ставить крест — фашист [82] уничтожен. Вот один из боев, проведенных
Гавриилом Гуськовым.
Восемь наших истребителей, прикрывая наземные войска, обнаружили 22 фашистских самолета.
Впереди шли девять «хейнкелей», следом за ними девять «юнкерсов», а сверху — группа прикрытия (два
«фоккера» и два «мессершмитта»). Наши истребители разделились на атакующую и сковывающую
группы.
Первым по команде командира группы вступил в бой старший сержант Гуськов. Под прикрытием своего
ведомого сержанта Попова он тотчас же пошел на сближение с врагом. В этот момент два «мессера»
обошли Гуськова справа, намереваясь атаковать. Не теряя ни секунды, Гуськов принимает новое
решение. Он убрал газ. Вражеские самолеты проскочили вперед. Тотчас же Гуськов резко развернулся в
сторону фашистов и увидел перед собой на дистанции не более 50 метров «мессера». Длинная очередь из
всех огневых точек, и гитлеровец падает вниз.
Второй «мессер», перейдя в пикирование, стал уходить. Преследуя его, Гуськов обнаружил, что третий
заходит ему в хвост. Недолго думая, он тут же развернулся на 180° и пошел в лобовую атаку. Самолеты, ведя огонь, молниеносно проскочили друг возле друга. Фашистский летчик встал в левый вираж для
повторной атаки. Но сойтись еще раз в лобовую не пришлось. Во время разворота «мессер» подставил
живот сержанту Попову. Тот не замедлил воспользоваться этим и сбил стервятника.
Если судить по воздушным боям, то создавалось впечатление, что перед вами опытный, закаленный в
боях летчик. На самом деле Гуськову было лишь 20 лет. В 1938 году он вступил в комсомол, учился в
аэроклубе. Затем закончил Качинскую школу. Воевать начал только в конце 1942 года. 3 января 1943 года
он одержал свою первую победу, сбив «мессершмитта». 11 января уничтожил ФВ-190. В феврале его
послали на Северо-Западный фронт. Участвуя в сражениях за демянский плацдарм, Гуськов сбил еще
девять вражеских самолетов.
Вот он шагает навстречу. Высокий, широкоплечий. У него круглое, типично русское лицо, спокойные
карие глаза, брови полудужьем. Волосы прямые, черные, зачесаны [83] направо, на уровне левой брови
проглядывает аккуратный пробор. Гимнастерка на нем, как влитая. На груди поблескивают два ордена.
Сам он чем-то напоминает русского богатыря.
Он и был богатырь, сумевший лишь в двух сражениях уничтожить одиннадцать фашистских
стервятников. За эти подвиги в мае 1943 года ему присвоили звание Героя Советского Союза.
* * *
... Из журнала боевых действий 1-го гвардейского истребительного авиационного корпуса:
«
ЯК-1, возглавляемые замполитом полка майором Г. Прокофьевым. На высоте 4000
метров встретили 6 МЕ-109. Разгорелся бой. Из этого боя ушел живым только один
вражеский летчик. Остальные были сбиты. Один уничтожил капитан Караштин, один
— старший лейтенант Ветров, два — лейтенант Якубов и один — в группе».
Так рождалась гвардия...
Клятва
... 20 апреля 1943 года. Светлый погожий день. Небо просторное и голубое. Широкое летное поле
покрыто первой зеленой травой.
На краю аэродрома у боевых самолетов выстроились командиры, летчики, техники, механики,
оружейники, бойцы 4-й гвардейской истребительной авиационной дивизии. К строгим квадратам
построения направляется гвардии генерал-лейтенант авиации Е. М. Белецкий в сопровождении
знаменосцев, несущих еще завернутые в чехлы гвардейские знамена — знамя дивизии и три полковых.
При приближении командира корпуса раздается команда:
— Смирно!
Люди подтягиваются, замирают. Командир дивизии гвардии полковник В. Китаев отдает рапорт.
Командир корпуса здоровается с летчиками. В ответ гремит могучее: [84]
— Здравия желаем, товарищ генерал!
В воздухе плывут торжественные звуки Гимна Советского Союза.
Началась торжественная церемония вручения гвардейских знамен. С них снимают чехлы. Расшитые
золотом шелковые полотнища, подхваченные легким ветерком, начинают плескаться. Генерал Е. М.
Белецкий зачитывает приказ Народного комиссара обороны о преобразовании дивизии и полков в
гвардейские.
Тишина стоит такая, что слышен шелест знамен...
Приказ зачитан. К генералу Е. М. Белецкому подходит полковник В. Китаев, берет в руки знамя и
оборачивается к шеренгам. В едином порыве вслед за командиром все опускаются на колени. Командир
целует алый шелк знамени. Звучат слова гвардейской клятвы:
