Он взглянул на мистера Мейгса. Мистер Мейгс сидел молча, забросив ногу на ногу, и курил сигарету. Пиджак его был похож на армейский френч. Складки шеи нависали над воротником, складки тела распирали талию, зауженную, чтобы скрыть полноту. У него было кольцо с большим желтым бриллиантом, вспыхивавшим, когда он шевелил короткими пальцами.
– Ты познакомилась с мистером Мейгсом, – сказал Таггерт. – И я очень рад тому, что вы превосходно поладите, – он сделал легкую, выжидательную паузу, но ему никто не ответил. – Мистер Мейгс осуществляет план объединения железных дорог. У тебя будет много возможностей сотрудничать с ним.
– Что это за план?
– Это… новая национальная программа, начавшая действовать три недели назад, ты оценишь ее, одобришь и найдешь в высшей степени практичной. – Дагни удивилась несерьезности его уловки: Джеймс держался так, словно, вынеся заранее за нее вердикт, не даст ей возможности изменить его. – Это чрезвычайная программа, спасшая транспортную систему страны.
– Что это за план?
– Ты, разумеется, сознаешь непреодолимые трудности любых строительных работ в этот чрезвычайный период. Строить новые пути – пока что – невозможно. Поэтому для страны самой важной задачей является сохранить транспортную систему как единое целое, сохранить все имеющиеся машины, все имеющееся оборудование. Национальное выживание требует…
– Что это за
– В целях национального выживания железные дороги страны слиты в одну сеть. Весь совокупный валовый доход поступает в Правление железнодорожного пула в Вашингтоне, оно действует как попечитель отрасли в целом и делит среди разных железных дорог общий доход в соответствии с… самым современным принципом распределения.
– Что это за принцип?
– Не волнуйся, права собственности полностью сохранены и защищены, им лишь придали новую форму. Каждая дорога по-прежнему несет ответственность за свою работу, расписание поездов, содержание в порядке путей и оборудования. Что до ее взносов в национальный пул, каждая дорога позволяет любой другой, когда того требуют условия, использовать свои пути и оборудование бесплатно. В конце года Правление пула распределяет общий доход, и каждая дорога получает деньги не на случайной, устарелой основе количества прошедших поездов и тоннажа перевезенных грузов, а на основе ее потребностей, то есть, поскольку сохранение железнодорожного пути – это главная потребность, каждая дорога получает деньги в зависимости от протяженности путей, которыми владеет и которые содержит в исправности.
Дагни слышала слова, понимала их смысл, но не могла представить это в реальности – какое-то кошмарное безумие, основанное лишь на готовности людей притворяться, будто они верят, что все вокруг разумно. Она ощутила мертвую пустоту и поняла, что ее пытаются низвергнуть даже ниже той планки, где еще уместно простое человеческое негодование.
– Чьими путями мы пользуемся для трансконтинентальных перевозок?
– Да своими, разумеется, – торопливо ответил Таггерт, – то есть от Нью-Йорка до Бедфорда, штат Иллинойс. А от Бедфорда наши поезда идут по путям «
– До Сан-Франциско?
– Ну, так гораздо быстрее, чем делать тот длинный объезд, который ты хотела устроить.
– Мы пускаем свои поезда без платы за использование путей?
– Притом твоей объезд долго не просуществовал бы, рельсы «Канзас Вестерн» пришли в негодность, и, кроме того…
– Без платы за использование путей «
– Ну, и мы не берем с них платы за пользование нашим мостом через Миссисипи.
Чуть помолчав, Дагни спросила:
– Ты смотрел на карту?
– Конечно, – неожиданно подал голос Мейгс. – У вашей дороги самая большая протяженность. Поэтому вам не о чем беспокоиться.
Эдди Уиллерс расхохотался.
Мейгс тупо посмотрел на него:
– Что это с вами?
– Ничего, – устало ответил Эдди. – Ничего.
– Мистер Мейгс, – заговорила Дагни, – если взглянете на карту, увидите, что две трети стоимости содержания путей для наших трансконтинентальных перевозок даются нам даром и оплачиваются нашим конкурентом.
– Да, конечно, – ответил он и сощурился, с подозрением глядя на нее, словно недоумевал, что толкнуло ее на столь откровенное заявление.
– А мы тем временем получаем деньги за то, что владеем милями путей, на которых нет движения, – сказала она.
Мейгс понял и откинулся на спинку кресла, словно потерял всякий интерес к этой дискуссии.
– Это не так! – резко возразил Таггерт. – Мы пускаем много местных поездов для обслуживания района нашей бывшей трансконтинентальной линии – через Айову, Небраску и Колорадо, а по другую сторону туннеля – через Калифорнию, Неваду и Юту.
– Пускаем два местных поезда в день, – сказал Эдди Уиллерс сухим, безучастным тоном деловой справки. – Кое-где и меньше.
– Что определяет количество поездов, которое каждая железная дорога обязана пускать? – спросила Дагни.
– Общественное благо, – ответил Джеймс.
– Правление пула, – ответил Эдди.
– Сколько поездов было остановлено в стране за последние три недели?
