«Что же мне с вами делать? — заговорил виран, обращаясь к пленным, — Я бы с радостью убил вас, но тогда я поддамся проклятию вашего владыки и проиграю, потому что мудрый Дракалес говорит, что не стоит мне гневаться на врага своего, но воздавать ему по заслугам. Теперь же моё сердце пылает от нетерпения разрубить вас пополам. Но я поступлю иначе. Я развяжу путы ваши и отпущу восвояси, но с одним наказанием — чтобы явились вы к Мармару и сказали ему так: если он готов принять бой от его величества Адина, вирана Южного, то путь не медлит и приходит, ведь, находясь за границей северных земель, он не является мне врагом» В следующий миг по приказанию Адина двое лазутчиков были отпущены, а Снугда стала обращаться в укрепление, где вскоре состоится сражение…
Строительство всевозможных оборонных сооружений было закончено, вырыто множество ям с ловушками и сотворена дюжина тайных обходных путей. Дракалес лично руководил этим процессом, ссылаясь на то, что гнев победит только тактика. Ваурд говорил: «Всякий из вас был свидетелем того, как яростно сопротивлялись лазутчики Мармара, опьянённые гневом. Поэтому внемлите же, что гнев может быть не только преткновением, но и оружием, если знать границы его действия и не давать этому пороку власти над своим сознанием. А теперь внемлите, что враг, объятый гневом, хоть и мал будет количеством, но всё же сумеет одолеть даже десятерых, если вы возымеете глупость помериться с ними силами. Их разумы ослеплены, а деяния неостановимы. Каждый удар их вдохновлён силой ярости и мощью гнева. Однако вам же присоветую пошире открыть глаза и приготовить свой разум к поискам преткновения, ведь, всецело уповая на гнев, воинство Мармара вовсе позабыло обо всём на свете. И вы должны обратить это против них. И вы познаете, какова цена бесконтрольной ярости» Всякий внял слову ваурда и чётко закрепил в своей памяти тот урок, что против взъярённого противника в открытую им не стоит выступать.
Руки стиснули рукояти оружия, взоры напряглись, души затаились. Но было нечто большее в тот миг, чем просто готовность воевать. Он завивался незримой спиралью над головами гвардейцев Адина, оплетал их руки, ноги и туловища, они дышали им, впускали в сердце и душу, подчиняли и обращали против ещё не показавшегося на горизонте врага. Дух войны. Дракалес позволил частице Атрака войти в мир и помочь воителям прощёного вирана. Для Адина и Золины этот дух был без надобности, ведь бог войны уже наделил их дыханием Атрака, так что они сами могли стать его источником, когда научатся контролировать. Но пока рядом был ваурд, они были только обычными воинами. Тарелон усмирил свою воинственность и собирался вести бой на равных, уподобившись в этом своим ученикам. Однако оружия он не взял в руки, ведь и без того будет он непобедим и смертоносен. Жители Снугды были перемещены в южную часть деревушки, и, запершись в домах своих соседей, они трепетно молили неведомых богов уберечь их от лиха. Многие из них в своё время прибыли в Южное государство, сбежав из зарубежных стран к Адину. Теперь же они готовы были признать, что ошиблись с выбором. Ничтожества это были. Не успели трудности появиться у них на пути, как они поддаются чувству тревоги и поднимают ропот на всё подряд, обвиняя неповинных в том, что им вдруг стало страшно. И мысли эти лишь усилились в тот миг, как далеко с севера до них докатился низкий рёв боевого горна — война началась.
Огонь ярости буквально горел в глазах воителей Мармара. Дракалес же вовсе видел более того — некий дух, пылающий рыжим пламенем, витал над самим управителем Северного государства, как словно тот был одержим. От духа в разные стороны тянулись такие же яркие нити, делая одержимыми и всех воинов. Получалось, что все они соединены одной навязчивой мыслью.
Одержимость. Это есть особое состояние разума, которое питается от разных факторов: безумие, целеустремленность иль даже иное существо, взявшее под контроль сознание, подобно рабу, иль вовсе поселившееся в него и взявшее под контроль ещё и тело. Подобной способностью, а именно вселяться в тела своих жертв и делать их одержимыми обладают существа, именуемые саткарами. Но Лиер говорил, что сейчас в обитаемых мирах существ этих встретить стало невозможно, ведь таким образом распорядилось предназначение. Дракалесу были открыты признаки одержимости саткара, и понимал он, что одержимость Мармара не такая.
