И вот, они остановились. Стояла ночь. Их путь обошёлся без происшествий. Пассажиры молчали, увлёкшись собственными мыслями. Карета остановилась на просторном поле, залитом тьмой, а недалеко виделась каменная стена, под стать стенам Каанхора. И эта стена знаменовали границу двух государств. Владения четырёх виранов очерчены не только на карте, но и на земле, отделяя одну страну от другой мощными каменными ограждениями. Нигде в истории не говорится, кто именно построил эти границы, но вероятнее всего это был Сиал, чьи земли были богаты всякими рудами. Ученица, прильнув к стенке кареты, давно забылась сном. Асаид клевал носом, но прикладывал все усилия, чтобы не уподобиться сидящей напротив. Адин был в бодром расположении духа и с удовольствием покинул транспорт, а, вдохнув полной грудью, заговорил, и его голос был в этот раз бодр: «Что за чудо?! Ночь, природа, и никакой городской суеты!» Кучер оказался спящим. За поводьями был Вихрь. Но, несмотря на это, карета прибыла в нужное место. «От него несло дешёвым хересом и женскими духами, — подметил новый извозчик, — Поэтому я заблаговременно выяснил у него, куда мы едем» Адин сильнее зауважал бывшего разбойника, однако обещал понизить жалование пьяному кучеру. «Это я ещё добрый, — отмахнулся Адин, — Так бы его уволить следовало» Асаид всё же уснул.
