Другого спального места в её квартире не обнаружилось. Не на полу же мне было ложиться? И куда идти в три часа ночи? Вот я, учитывая еще воздействие алкоголя, разделся и лег с ней рядом. Разумеется, у нас ничего не было, кроме того, что она действительно попросила меня погладить ей спину и тихо, как кошка мурчала, когда я едва ощутимыми прикосновениями кончиками пальцев водил ей вдоль позвоночника, по лопаткам, по шее…
А позже прижалась ко мне, положила мне на плечо голову и я больше часа не шевелился, боясь её побеспокоить.
Она принесла мне куртки, протянула, улыбнулась:
— Тем не менее, для тебя я Наталья Михайловна. И на «вы».
Я улыбнулся, встал, кивнул, привлёк её к себе. Она не сопротивлялась, только едва заметно улыбнулась.
— Ты самая удивительная и очаровательная девочка, Наташ! — сказал я.
— Нежная и удивительная? — скептически улыбнулась она и заметила. — Я читала «Золотого теленка».
Я целомудренно, практически по-братски чмокнул её в щеку. Она не оттолкнула, только, как мне показалось, была немного разочарована.
Домой я прибыл к полудню, открыл дверь своим ключом, тихо вошел. Maman яростно гремела посудой на кухне. Признаков присутствия Юр Юрича, Альбины или еще кого-нибудь не наблюдалось.
— Привет, ма! — я прошел на кухню, обнял maman сзади, поцеловал в шею. — С новым годом!
Я протянул её перчатки. Она развернулась, чтобы что-то мне сказать, но, видя мою счастливую физиономию, только улыбнулась и ответила:
— С Новым годом, Антошка! Где шлялся?
Потом разглядела перчатки, восхищенно натянула, покрутила перед своим лицом, вытянув руки:
— Как здорово! И сидят как влитые! Спасибо, Тошка! Ты прелесть!
Она чмокнула меня в щеку.
— В Химике, мэм! Зашел к бате, к теть Маше, деду Пахому, поздравил всех. Тёть Маша с тёть Клавой тебе привет передавали, в гости звали. Потом с ребятами ходили на ёлку в клуб. Гуляли.
Maman, когда я упомянул про отца, нахмурилась, потом, когда речь зашла о соседях, про их приветы, разулыбалась.
— Может, доехать к ним как-нибудь в гости? — задумчиво сказала она.
— Обязательно! — поддержал я. — Тем более, что есть повод. Я у тёть Маши подарок свой оставил. А то неудобно гулять с ребятами было. А ты как встретила?
Maman уныло отмахнулась. Видимо, не очень ей понравилось встречать новый год в компании Юр Юрича и его друзей. Я допытываться не стал.
— Альбина заходила, — сообщила она. — Интересовалась, где ты.
— Она, наверное, подумала, что я сижу в уголке комнаты и тихо плачу, — пошутил я.
— Значит, новый год без неё встречал, — заключила maman. — Если б я знала…
Я направился в комнату переодеваться. Наталья Михайловна зашила обе куртки так, что было совсем незаметно, что одежду резали. Maman встала в дверях, наблюдая за мной. Я снял футболку, джинсы, повернувшись к ней спиной. Честно говоря, я её не заметил.
— Если не с Альбиной, то с кем? — повторила maman. — А, Антон?
— Что? — я повернулся к ней.
— Знаешь, как мужья, приходя домой, прокалываются перед своими жёнами?
— Как, мэм? — улыбнулся я.
— У тебя трусы наизнанку надеты! — засмеялась она и быстро вышла из комнаты, чтоб не видеть моего смущения.
— Блин!
Я поспешно осмотрел себя. Трусы были надеты нормально!
— Развела! — крикнул я в уже закрывшуюся дверь. — Всё нормально у меня!
— Я в гости собираюсь! — сообщил я чуть позже за чашкой чая на кухне. Maman хмуро посмотрела на меня, скривилась:
— Не к новой ли своей пассии?
— Нет, мэм, это к моим новым знакомым, очень уважаемым людям, — ответил я и ехидно заметил. — Директор химзавода с ними рядом не стоял!
Maman мгновенно посерьезнела:
— В чём собираешься пойти?
Я пожал плечами, мол, в джинсах, в чём же еще?
— Надень костюм! — сказала maman.
— Времени нет, — попытался отговориться я. — Его гладить надо. Рубашку тоже…
Я сейчас всё тебе поглажу!
Maman сорвалась с места.
— Мне через полчаса выходить! — попытался я урезонить её.
— Успею!
В этот момент в дверь позвонили.
— Открой! — крикнула maman. Я открыл. На пороге стояла с виноватым лицом Альбина.
— Здравствуй, — сказала она. — С новым годом. Можно зайти?
Я окинул её демонстративно суровым взглядом, отчего она еще больше смутилась, покраснела, но не ушла, а продолжала стоять на пороге.
— Ну, и как праздник встретила? — хмыкнул я и язвительно добавил. — На девичнике…
Она потупилась, молчала. У меня стали закрадываться подозрения, что не я один встретил новый год в тесной компании с противоположным полом.
— Понимаешь, — вяло начала она. — Я, честное слово, не знала, что так получится…
— Что получится? — язвительно усмехнулся я.
— Это всё Ирка! — почти выкрикнула она. — Она всё затеяла! Притащила парня, чтобы меня с ним познакомить!
Из комнаты вышла maman, окинула взглядом Альбину, бросила:
— Ну, и как, познакомила?
Повернулась ко мне, скомандовала:
— Антон! Иди, одевайся. А то опоздаешь!
Альбина поникла совсем.
— Мне сейчас некогда, — развел руками я. — Честно слово, некогда. Давай вечером поговорим. Я зайду.
