"Прощайте, сукины дети", подумала Галь, быстро одеваясь, сама не зная, кого имела в виду: Лиат и Шахара, Шели и Хена, одноклассников… Потом она ринулась на улицу, как и тогда, в полночный бег.
Вечеринка, тем временем, тоже заканчивалась. Иногородние ребята начали прощаться с Шели. Лиат и Шахар вышли из ее спальни, держась за руки. Одед и Хен показались в дверях веранды, на которой простояли и проговорили битый час. Музыкальный центр выключили, принялись за уборку. Количество пустых бутылок, одноразовой посуды и рваных оберток вскоре выросло в целую гору. Наконец, когда последний пакет с мусором был выставлен за входную дверь, в гостеприимном жилище остались только самые близкие: Одед, Хен, Шахар, Лиат, Керен, Эрез Авигдор и Офира.
– Что ж, теперь начинается праздник для нас? – прыснул Хен, обнимая подругу за талию. Ему указали на время, однако парень постарался удержать своих друзей. – Не надолго, так сказать, для опохмелки.
И отправился за виски, припасенном именно на этот момент. Но вдруг из кухни раздался его громкий возглас:
– Эй, где оно? Оно ж было здесь…
И, через несколько секунд, другой:
– Где Галь?!
Где была, к черту, Галь? Этого никто не знал. На нее махнули рукой. Скорей всего, она исчезла вместе с виски. Отомстила. Во всяком случае, попыталась насолить им.
Одед смертельно побледнел, и уповающе взглянул на Шели, которая уронила на горящие ладони лоб и замерла в этой позе. Офира, Керен, Эрез и Авигдор недоуменно переглядывались. Каждый видел ее в разное время, в разных уголках гостиной, но не следил за ней. Что касалось Лиат и Шахара, то они просто предпочитали молчать.
– Хен, где она? – спросил Одед, дрожа от страха, сам не зная, на какой ответ надеяться.
Его друг очень медленно обернулся к подавленной группе ребят и произнес:
– Она сбежала. Она бросила тебя. И тебя, Шели, тоже. Даже больше: она обокрала тебя.
Шели плакала в объятиях Офиры, которая, в свою очередь, с глубоким сожалением глядела на Одеда, тоже близкого к слезам. Что они сделали не так? Они пытались ей помочь, а получили пощечину. Они все, в последнее время, получали плевки в лицо от этой бешеной.
– Ладно, – произнес Авигдор, которому эта сцена была в тягость. – Поздно уже. Пойдемте, девочки, – кивнул он двум соученицам и Эрезу, которых обещал подвезти домой. – Ты не расстраивайся, Шели, – приободрил он виновницу торжества. – У тебя был прекрасный вечер. Честное слово! Все получили колоссальное удовольствие. А эта чокнутая стерва абсолютно не заслуживает твоих слез.
Дверь в класс распахнулась ударом ноги.
– Где ты? – заорала с порога Галь, сразу обратив на себя внимание всех присутствующих, многие из которых еще не совсем отрезвели после выпитого вчера у Шели Ядид. Никто, разумеется, не сообразил, кого она имела в виду и почему. – Где ты, сволочь? Покажись! Я сегодня убью тебя!
Лиат, спокойно сидевшая за партой, отлично поняла, что вопли этой ненормальной относились к ней. К кому же еще? Ведь именно она, на ее глазах, протанцевала вчера с Шахаром весь вечер, потом – занималась с ним любовью. Из-за этого Галь бесновалась. Однако она проигнорировала ее крики. Пусть Галь сама же втопчет себя в грязь. Кроме того, Шахар, отправившийся за кофе, скоро должен вернуться и ему будет полезно услышать такое.
Галь, между тем, решила не дожидаться, когда эта «сволочь» выйдет навстречу ей. Она твердо направилась прямо к Лиат, схватила ее и выволокла из-за парты. Как бы она ни ослабела за последние недели, физические силы ее, все же, превышали силы коротышки, которая, будучи в шоке от такой резкой нападки, не сумела сразу среагировать. Зато в классе, не ожидавшем, что его новый школьный день начнется с очередного скандала, поднялся переполох.
Еще не все успели собраться, но самые главные уже были тут. Те, кто присутствовали вчера на дне рождения Шели, повскакали с мест, почувствовав, что приближалась развязка вчерашнего психоза Галь. Мейталь и Наор бурно зааплодировали, гордясь своею «подопечной». Шели и Хен в панике рванулись к двум девушкам, чтобы разнять их. Но разнимать никого не пришлось, поскольку Лиат собралась с силами и оттолкнула нападающую к соседней парте, так, что та упала на нее спиной и даже ударилась.
– Что ты себе позволяешь? – угрожающе прохрипела она, поправляя одежду. Тогда же она ощутила едкий запах перегара, доносящегося от Галь. – Ты пьяна!
– Да, я выпила, – так же хрипло ответила Галь, опираясь на парту, на которую упала, – но не настолько, чтобы все забыть. Я все увидела вчера, и я скажу тебе, кто ты.
"Нет, это я тебе скажу, кто ты, и что видела я", – издевательски подумала Лиат, но, так как Наор и Мейталь были здесь же, не посмела этого сказать. Зато она гордо парировала:
– Ревнуешь, да? Не может быть! Какое счастье! Наконец-то! Глядите все, – воскликнула она, залезая на стул, – наша бывшая первая красавица ревнует! Она приревновала такую, как я! Это невероятно!
