Лиат действительно могла собой гордиться. Симпатии всех были сейчас на ее – пострадавшей – стороне. Все одноклассники стояли, разинув рты, без кровинки в лицах, с широко раскрытыми глазами, направленными на нее, с трепетом ожидая дальнейшего, а в дверях очутились сразу три обалдевшие фигуры: Шахара, с пластиковым стаканом кофе, Одеда, с ранцем наперевес, и Даны Лев. Последняя сразу поняла, что и этот ее урок можно было считать сорванным.
– Галь! – закричал Одед, и бросился к своей девушке. – Галь, что ты делаешь!?
Но та уже с диким воплем накинулась на соперницу, столкнула ее со стула на плиточный пол, и начала бить. Одед, как и другие, попробовал вмешаться, но остервенелый локоть Галь тотчас попал ему почти в глаз, отчего он отшатнулся и схватился за руку Эреза, которую тот успел протянуть ему. Дана громко кричала, призывая двух драчуней перестать, шпана прыгала от восторга, а все другие одноклассники шарахнулись от Лиат и Галь, словно показывая этим, что никто из них тут ни при чем.
Им было от чего шарахнуться! Галь, на глазах у всех, вроде, собралась покончить с Лиат раз и навсегда. Но сейчас Лиат, скорее, оборонялась от Галь, а не возвращала ей, как тогда, в туалете. Схватив свой ранец, она держала его перед собою, как щит. Это ей не помогало, поскольку Галь, озверев, тоже вцепилась в него и тянула на себя, не переставая колотить Лиат ногами.
– Я тебе покажу, как парней уводить, потаскуха! – шипела она, захлебываясь в слюне.
– От потаскухи слышу! – задыхаясь, отвечала Лиат, изо всех сил прижимая ранец к своему телу.
– Разнимите же их кто-нибудь, ради Бога! – умоляюще голосила учительница, сгорая от стыда. – Шахар, это твои девчонки! Сделай же что-нибудь!
Шахар Села стоял, как вкопанный. Его девчонки! Одна из них – которая отчаянно отбивалась – возможно, да, но не другая! Другая была кем угодно, но только не его Галь! Он не ожидал от своей бывшей подруги такой агрессивности. Да, Лиат рассказывала ему об их стычке в туалете, но одно дело услышать, но совсем другое – увидеть все собственными глазами. Да, он решил ее оставить. Да, Лиат предала ее. Но ведь прошло уже достаточно много времени, и пора уже было Галь, как бы ни было больно, начать новую жизнь. А она только все больше срывалась с цепи. Учебу забросила, вела себя, как одержимая. Обокрала свою близкую подругу. Сейчас – это. Нет! Ни он, ни Лиат, не могли больше испытывать вину за то, что творилось с Галь, да и не должны были. Это было нечто иное, не имеющее никакого отношения к их связи, в чем парень только что отдал себе отчет. Кофе остывал в его похолодевшей ладони, горло пересохло, все внутри переворачивалось. Он понял, что окончательно и бесповоротно встал на сторону Лиат. С этого момента, он будет с ней по-настоящему.
Тем временем Галь вырвала из ослабевших рук противницы ее ранец и запустила им в окно, выходящим на парковку, как мячом. Стекло разлетелось вдребезги, и секуднду спустя раздался мощный глухой звук прогибающегося железа. Свидетели этой сцены ринулись, все как один, к целым окнам, и их взглядам предстала невероятная картина: капот одной из машин был продавлен, лобовое стекло треснуло в самой нижней центральной точке – возле дворников, – и по всей ее поверхности валялись распахнутые тетради и книги Лиат. В окнах соседних классов учащиеся тоже стояли в ряд, не отрывая глаз от этого редкого кадра.
– Мои учебники! – дико вскричала Лиат.
– Это же директорский автомобиль! – сказал Ран, указывая пальцем вниз.
Озабоченная владелица злополучной машины уже выбежала наружу и вскинула обезумевший взгляд на окно, через которое вылетел ранец. Миг спустя она исчезла в помещении.
– Сейчас она сюда явится! – схватилась за голову Дана, не зная, что ей предпринять.
– Все Галь, тебе настал конец! – повторял шепотом Одед, цепляясь за руки Эреза, который его держал, словно в железных тисках.
– Она пропала! – бормотала Шели, зарыв лицо в рубашку Хена.
– Я не дамся ей живой! – вдруг завопила, покрыв их сдавленные возгласы, преступница. – Я не дамся никому из вас! Понятно?
Наор, подбоченясь, пропустил эти несколько слов в одно свое ухо, и выпустил из другого. Кому, как не ему отдавалась красавица уже столько недель, и будет еще отдаваться, пока он не сплавит ее сутенеру, о котором ему сообщили братки! С тем человеком уже велись переговоры. Мейталь, обхватившая своего валета за плечо, также сохраняла на этот счет спокойствие. Перед ней копошилось бодатое стадо, по которому сейчас пройдутся палкой, а она выйдет из побоища нетронутой. Вот это будет чистое удовольствие!
– Дайте мне пройти! – неистово кричала Галь, пытаясь растолкать плотно обступивших ее одноклассников. Лиат, вцепившуюся ей в гневе в пояс джинсов, она тащила за собой.
– Ты никуда не пойдешь! – пронзительно отозвалась с порога директор, заставив всех замолчать. Когда тишина восстановилась, она рявкнула: – Кто выбросил ранец из окна на мою машину?
– Она! – воскликнула Лиат, тыча пальцем прямо в грудь Галь. – И это был мой ранец!
