Рамиля не разделяла этот восторг. Лишнее внимание ей было вообще ни к чему, ведь наверняка кто-то из зала снимал этот момент, а ей бы очень не хотелось, чтобы ее лицо появилось в ролике на Ютубе. Она надеялась, что Круспе больше не станет выделывать подобные номера. К ее радости он, кажется, забыл про Рамилю и даже не смотрел в ее сторону, а вскоре очередная волна сместила ее назад, к центру сцены. Стоя напротив Тилля, Рами уже не могла думать о Круспе, а лишь смотрела на вокалиста и слушала его голос, наслаждаясь каждым мгновением.
Когда на песне «Pussy» Тилль, оседлав гигантскую пушку-фаллос, стал поливать зрителей мыльной пеной Рами почувствовала насколько взмокла от пота. А ведь у нее не было с собой никакой сменной одежды. Серая футболка прилипла к телу, толстовка, болтавшаяся на бедрах, тоже была влажной и скорее всего, воняла хуже майки бегуна после марафона. Даже ремень джинсов намок так, словно она только что вынула его из стиральной машины. А ведь ей еще на вечеринку идти. О чем она вообще думала, когда соглашалась?
Порция мыльной пены осела ей прямо на голову. Другие зрители восторженно кричали и подбрасывали мыльные облака в воздух. Рами же впервые с начала концерт ощутила беспокойство. Когда на следующей песне на зрителей полетели блестящие обрезки бумаги, которые тут же налипли на влажное тело, Рами поняла, что ни за что не появится перед Тилем в таком виде, и приняла решение не идти на вечеринку. Остаток концерта она радовалась и прыгала вместе со всеми, стараясь не думать ни о чем кроме музыки, но на последней песне к ней вернулась тревожность.
Она пообещала Тиллю, что придет, а теперь не могла не прийти. Так ее учил отец: если дала обещание, то должна его сдержать. «Нет ничего хуже людей, которые не умеют держать свое слово», говорил папа. Рами была с этим согласна и потому, несмотря на плачевный вид и жуткую усталость, ей нужно было пойти на эту чертову вечеринку. Она бросила еще один взгляд на Тилля, который в этот момент согнувшись со всей силы лупил кулаком по собственному колену в такт музыке, и стала пробираться к выходу, расталкивая толпу. Многим это не нравилось, и она получила несколько довольно чувствительных ударов по корпусу, надеясь, что все же это было случайностью, и никто не собирался бить ее намеренно. К концу песни, когда столб пламени из верхней точки декорации, взметнулся в небо, а публика поддержала это одобрительным гулом и криками «Браво», Рами добралась до нужного ей прохода и, показав свой бейдж охраннику, скрылась в темноте коридора, ведущего к гримеркам.
Рамиля была уверена, что запомнила дорогу, потому пошла вперед, даже не смотря по сторонам. Все тело болело после нескольких часов в толпе, в ушах непривычно звенело, а горло саднило так, словно она только что проглотила пару килограммов наждачной бумаги. Очень хотелось пить, но единственной жидкостью, которая у нее имелась был пот, пропитавший ее собственную одежду. Рами вспомнила пластиковые бутылки на столике в гримерке Тилля и Флаке. Сейчас она отдала бы многое, чтобы получить одну из них.
Ей почти не встречались люди, хотя концерт уже закончился, но группа покинет сцену только через пару минут. Сначала поклоны, потом подъем на лифте на вершину декорации и прощальный «салют». Рами хорошо знала программу тура благодаря роликам в Ютубе и потому ушла за пять минут до конца, как и просил Флаке.
Дорога от сцены до гримерки занимала не больше десяти минут, и то если идти неторопливо. Она же шла быстро и очень надеялась попасть в комнату до того, как там появится Тилль, чтобы постараться хоть как-то привести себя в порядок.
Но, кажется, она напрасно положилась на память. По ее прикидкам она должна была уже быть на месте, но вместо этого заплутала в длинных плохо освещенных коридорах, где не было ни одной живой души. «Еще этого не хватало», подумала Рамиля и остановилась на месте, оглядываясь по сторонам и прислушиваясь к звукам, доносившимся со сцены. Музыка уже умолкла, и она слышала только далекий рев толпы. Похоже, сцена была довольно далеко от нее.
Стараясь не паниковать, Рамиля пошла вперед, но, уже внимательно оглядываясь по сторонам и пытаясь разглядеть что-то знакомое. Но все коридоры были похожи один на другой, и она, сделав пару поворотов, оказалась у лестницы, ведущей куда-то вниз.
«Что за черт, я ведь итак была в самом низу, как получилось, что я поднялась выше и не заметила этого?», — подумала она и немного поразмыслив, стала спускаться по лестнице, хотя и понимая, что похоже совершает ошибку.
