— А мы хотим отличиться на этот раз. Отца подводить нельзя, сам знаешь, — Дафтраан с усмешкой поглядел на брата. — Он желает оставаться старейшиной ещё очень долго. Так что ты уж постарайся на этот раз, сделай хотя бы зарядов двадцать.
— Двадцать?! Да от пяти-то они должны были развалиться!
— Ну, десять. Но не меньше, братишка. А то ровно на столько у тебя будет не доставать зубов.
Дафтраан поднялся и кивнул брату. Райнтраан слез со стола:
— Ты нас понял, недомерок.
«Недомерок» — у братьев это было вместо ласкового слова. Саартан закрыл глаза, прислушиваясь к удаляющемуся хлопанью крыльев. Десять зарядов! Но это невозможно! Нереально! Нет такого минерала, который бы смог выдержать нагрузку, не распавшись на составляющие!
— Не справишься, да?
Михей вынырнул из-под одеяла, с сочувствием посмотрел на Хранителя. Саартан опустил голову, прижал гребень и тяжело вздохнул.
— Понятно, — лис спрыгнул с ложа и потёрся о шершавую чешуйчатую лапу. — Что-нибудь придумаем, Саа.
— Тут ничего не придумаешь! — Саартан раздражённо отпихнул его. — Нечего придумывать!
Он поплёлся в купальный зал и там, громко плеснув водой, затих. Михей постоял в растерянности, прислушиваясь. Затем основательно встряхнулся и побежал прочь из пещеры.
Когда день по вечернему посерел, а лиса всё не было, Саартан всерьёз забеспокоился: обиделся что ли и ушёл? Хранителю вдруг стало невыносимо тоскливо от одной мысли, что он может больше никогда не увидеть наглую болтливую зверушку. Останется опять один… Но лис вернулся. Перепачканный глиной с лап до кончиков ушей, но довольный. В зубах он нёс какой-то тряпичный свёрток.
— Фрывыт!
— А, ты, — деланно равнодушно отозвался Саартан, отвернулся и, чтобы Михей не увидел, улыбнулся.
Он был рад его возвращению, но не хотел ему в этом признаваться. Да и себе-то не хотел… Лис выплюнул сверток, который, несмотря на скрадывающую звук ткань, звонко стукнулся о камни.
— Я вот всё думал, Саа, — Михей встопорщил свечкой хвост, шерсть на котором свалялась сосульками. — А почему нельзя сделать два амулета по пять зарядов? Один использовал, за ним второй. М?
— Потому что никакие магические вещи вообще использовать нельзя, — Саартан подозрительно глянул на свёрток. — Запрещено. До определённого возраста.
— Почему?
— Гасят собственный потенциал драконов-подростков, застопоривают развитие их магического дара.
— Почему?
— Да что ты заладил?! — Саартан разозлился. Он и сам толком не знал, почему так происходит. Как объяснить въедливому зверьку то, чего сам не понимаешь? — Почему да почему. Потому что. Гасят и всё!
Лис разочарованно опустил грязный хвост:
— Я…
— Знаю, разобраться опять хочешь. Не надо.
— Я тебе стабилизатор принёс, — обиженно пробурчал Михей и уселся на задние лапы, насупившись.
— Чего?
— Стабилизатор. Ты камешки на железную цепь посадил. А надо на золотую, если хочешь уменьшить магический фон и увеличить стабильность. А лучше вообще в оправу вставить. А когда надо наоборот увеличить эффективность, используют серебро. Только стабильность в разы снижается…
— Постой, постой! Золото? — Саартан заинтересованно встрепенулся. — Никогда не рассматривал его вообще как составляющую часть амулета. Считал безделушкой. Хм…
— А зря. Само по себе оно довольно бесполезно, но хороший фиксатор магии.
— Где ты взял золото?
Хранитель снова покосился на свёрток. Лис хитро улыбнулся:
— Не спрашивай. Где я только что не брал! Так попробуем?
Саартан постоял в нерешительности и опасливо поднял тряпицу. Из неё выпал маленький, для дракона так совсем крошечный, осколок золотой руды.
— Этого хватит, — Михей азартно подался вперёд. — Попробуй! Хуже ведь не будет!
Саартан подцепил осколок двумя когтями, с сомнением покрутил перед глазами.
— Братья всё равно не отвяжутся, — вздохнул он. — Им даже не амулет этот проклятый нужен, сколько они хотят меня достать. Сделаем десять, они скажут — двадцать. Сделаем двадцать, им понадобятся все пятьдесят.
— Выиграем время и придумаем что-нибудь ещё.
— Какой ты неугомонный. Иногда проще раз получить в зубы и перетерпеть, чем каждый раз изобретать что-то и выворачиваться.
— Вот уж нет! — Михей аж подскочил от возмущения. — Если на то пошло, то проще один раз ввязаться в безумную драку, проиграть, но показать характер, чем униженно ползать на брюхе целую вечность! Динозавр ты или кто?!
— Меня убьют в первой же драке.
— Вот зануда! Да я б лучше помер на твоём месте! Эффектно, пафосно и с гордо поднятой головой. Для чего ты вообще живёшь, Саартан? В чём твоё предназначение?
Саартан вздрогнул. Михей впервые назвал его полным именем. Видимо, тема была для него животрепещущей.
— Для чего живу? Я — Хранитель Зеркала.
— Ты с детства мечтал им стать?
— Ну… да, собственно.
Лиса передёрнуло. Он зажмурился на мгновение, плюхнулся на зад и тоненько взвыл.
— Я думал, что Хранителем быть очень почётно, — Саартан заговорил тихо и неуверенно, как будто оправдывался. — Такая ответственность! Зеркало одно в целом мире, его начало, его сердце… В детстве бабушка рассказывала мне много красивых и захватывающих легенд о Хранителях древности.
