— А как же коньяк? — не удержалась от вопроса Здена.
— Здесь нас никто не остановит.
— Я не об этом.
— Я еду не в первый раз, — решительно сказал Петр и полез в боковой карман.
Камил сделал движение, как будто тоже хотел достать из пиджака деньги, но Петр, величественным жестом остановив его, протянул официанту две стокроновые бумажки.
— Сдачи не нужно. — И поднялся со своего кресла.
У Камила в руке все же оказалась стокроновая купюра.
— Ты же не будешь за нас… — пытался он отклонить услугу, но Петр повторил свой жест.
— Не будем спорить.
Здена стиснула зубы и опять во главе компании направилась к выходу. Поразительно, насколько легко Камил позволяет вовлечь себя в такую откровенную игру. Блаженный Камил Цоуфал, ты вернешь эти сто крон Петру в виде наемного труда, к которому ты так неразумно стремишься. Подумай наперед — из этой авантюры тебе не выбраться целым…
Автомобиль шутя одолевал крутой подъем. Островки серо-белого снега сливались в сплошной искрящийся покров. Густо посаженные высокие ели были словно чем-то изуродованы.
— Это работа вашего химического, — кивнул на них Петр и вздохнул. — А какие тут были леса…
— Тогда тебе не нужно было бы никуда ездить, — отмахнулся Камил и авторитетно добавил: — В этом году начнут монтировать новые фильтры. Эффективность — восемьдесят процентов. Через несколько лет будешь толковать, какая тут была пустыня…
— Хотел бы я посмотреть. Очень…
Здена молчала. О чем с ними говорить? И так видно: они нас проглотили с потрохами. Появись вдруг тут патруль, интересно, какой бы вид был у великого Петра Шепки, если бы его заставили дохнуть в баллон?
Шоссе неожиданно сузилось и вывело их на гребень Флайской плотины. С одной стороны, совсем близко от гребня, разливалось огромное озеро чистой голубой воды, другая же сторона круто обрывалась в глубокую пропасть с маленьким ручейком водостока на бетонном дне.
— Жалко, озеро труднодоступно, — вздохнул Петр. — Тут можно было бы заработать кучу денег. Второй Балатон.
Миновав плотину, он съехал с шоссе и по скользкой лесной дороге стал подниматься на крутой склон. Лес расступился, и на склоне горы засверкала светло-желтая дача. На первый взгляд ее можно было принять за горный отель.
— Место выбрано гениально, целый день солнце, — гордо сказал Петр, опустил стекло и выставил локоть. — В десяти минутах отсюда в лесу сказочное озерцо. Только летом там многолюдно, тучи дачников… Мне хотелось бы иметь что-нибудь свое, бассейн примерно пять на восемь. Если бы удалось его подвести под крышу, здесь можно жить круглый год, — объяснял он, в то время как машина на второй скорости одолевала последние метры подъема. — Что ж, самая большая проблема здесь — вода, — подчеркнул он, выключил мотор и потянул ручной тормоз.
Здена вышла из машины и, ошеломленная, повернулась лицом к фасаду желтого строения. Мощные коричневые ставни со стальной черной оковкой производили впечатление неприступности и внушали уважение. Просторная солнечная терраса, окруженная светлыми деревянными лакированными перилами, настойчиво манила к себе для приятного отдыха. Такая красота стоила минимум сто тысяч. Откуда у него столько? — мелькнуло в голове; не слушая фанфаронского бахвальства Петра, Здена вошла в дом.
Пахнуло затхлостью. Проникнув в помещение, лучи солнца обнажили сырую стену. Здена вздрогнула от неожиданного холода.
— Не понимаю, почему ты жалуешься на недостаток воды…
— В салоне приходится все время топить, но к вечеру камин здесь все великолепно прогревает, — сверкнула глазами Регина.
— Гина, проветри гостиную и затопи в столовой, — сказал Петр и поклонился, как экскурсовод в замке. — Я вас провожу.
В цоколе, кроме огромной гостиной, набитой музейной мебелью, находились просторная столовая и кухня с газовой плитой и холодильником, холл с дюжиной кресел и роскошным телевизором, стильный кабинет с массивным письменным столом (видно, тут Петрик обмозговывает разные способы, как сделать побольше денег), пустая комната будущей ванной (явно работа для Камила) и комнатушка с надписью «SECES» на двери.
Отсюда Петр по деревянной резной лестнице повел их к изящной сварной решетке с латунной надписью «CARPE DIEM».
— Пользуйся жизнью, ибо она коротка, — патетически произнес он и вставил в замок большой ключ.
— Условия для этого ты создал, — сказал Камил и понимающе кивнул. — Первый этаж — прямо фантастика.
— Это, так сказать, парадная часть дома. Интимная только здесь. — Петр оттолкнул оба тяжелых крыла решетки, отступил в точном соответствии со сценарием и простер руку. — Прошу.
