Они одинаковой планировки, большое, не разделенное на комнаты пространство и отдельный санузел. В остальном обстановка различалась. Где-то клетки. Другие больше напоминают гимнастический зал, если не присматриваться. Усиленный потолок и на нем различные крюки, крестовины и поперечный брус для подвесов. В четвертых полно механических устройствах. Или похожи на средневековый инквизиторский подвал с непременными колодками. Был даже полностью переделанный под лошадиное стойло с соломой на полу и поилкой. Лев снял совершенно обычный на первый взгляд, больше похожий на хороший гостиничный номер. Им сегодня предстояла дисциплина.
Девушка волновалась, хотя полностью доверяла Льву. Дома было привычнее, одновременно хотелось разорвать пелену давнишних событий и вышагнуть из привычных рамок. Домик ей понравился. Она с первого взгляда заметила на небольшом обеденном столе у окна красивое блюдо с очищенными и разложенными фруктами. Странно, но рядом целый склад совершенно необработанных, будто кто-то не завершил сервировку, бросил на середине и ушел.
— Сначала тебе нужно переодеться, — с ходу взялся за нее Терновский, оставив освоиться на несколько минут, не больше. — Посмотри, там подарок и наряд на кровати.
Нижняя отвлеклась от стола и взглянула на постель. Здесь любой необходимый предмет мебели недалеко и на виду. Действительно большая серебристая коробка, перевязанная бледно-розовыми лентами. Она старательно выбирала себе платье утром и Лев предпочел формальный стиль, более парадный, чем на работу. Она сама повязала ему галстук и вспомнила сейчас с теплотой ощущение шелка в пальцах, как он спокойно и терпеливо ждал, пока справится с узлом. Нужно переодеться? Хорошо. Она согласна. Ника шагнула ближе к коробке и потянула за край ленты, подняла крышку. Щеки ее мгновенно порозовели. Она отчетливо представила человека, собирающего вместе эти стыдные вещи. Начала доставать предметы по одному и раскладывать на кровати в ряд. Никаких трусиков, конечно, они на ней до сих пор оставались только чудом, надетые еще дома.
Сегодня ей предстояло предстать в образе кошечки-горничной из аниме. Никаких шуток, хвост, например, крепится весьма своеобразным способом. Лев ей помогать явно не собирался, зато от представления не отказался. Именно с хвоста она решила начать, предварительно сняв с себя одежду до нитки, и, после мягкого указания, убрав ее в шкаф. Пробка оказалась не слишком крупной, мешать не будет, но без подготовки на нее не насадишься. Ника забралась на кровать встав на четвереньки, ей в голову не пришло прятаться от мужчины, скрыть от него, что она делает. Здесь их двое и каждый должен получать полагающуюся долю, ей причитался стыд, ему — ощущуние власти. Флакончик со смазкой сильно облегчил ее старания. Ника старалась использовать недавно обретенные знания. Завела руку назад и ввела внутрь себя два пальца, растянулась и взялась за плаг с приделанным к нему длинным хвостом, имитирующим кошачий. Хвост наощупь очень приятный, почти как настоящий, но из искусственного материала. Девушка отвлекалась как могла, сделала несколько глубоких вдохов-выдохов и нажала плавно-заостренным концом пробки на немного распустившееся колечко. Долго не могла решиться преодолеть самую широкую часть, все же надавила и приняла, пробка встала идеально.
— Умница, — оценил зрелище Лев. — Только вот хвост просовывается в отверстие в юбке. Сначала стоило надеть ее, теперь помучаешься.
Нику волнами окатывал стыд, неизменно сопровождающийся вожделением, словно собственной тенью. Простые способы, поцелуи, ласки, с ней мало срабатывали, ее путь к наслаждению более извилист, узок и темен, чем у большинства. Она не посетовала на мужчину, словом не упрекнула, даже про себя, что поздно подсказал. Такие мелкие неприятности входили в их игру, добавляли пряности, а будут и специи. Юбка ужасно короткая, едва до середины бедра, черная и подбитая целыми тремя белоснежными подъюбниками, нижний простой, самый верхний из тонкого кружева. Во всех четырех слоях правда отыскалась прореха для хвоста, станет ему дополнительной поддержкой, чтобы пробку не терять. Вопреки предсказаниям, нижняя ловко справилась с одежкой, натянула ее на себя через голову и с первого раза протянула кончик хвоста, оставив его красиво покачиваться поверх ткани. Оставался передник, тоже белый и кружевной, ненадежно прикрывающий грудь, просвечивающийся. Он завязывался широкими лентами на талии и шее. У горла портной вшил круглый китайский колокольчик. Ободок удачно совмещен с пушистыми ушками и белой наколкой, положенных горничным из приличного дома. Туфли пришлось оставить свои, закончив с нарядом, Ника их снова натянула на себя. Поднялась и неуверенно глянула в сторону Льва.
— Отлично выглядишь, — подкрепил ее уверенность бизнесмен, взял за руку, подводя к большому напольному зеркалу, заставляя тоже посмотреть на себя. — Моя маленькая послушная кошечка.
