Вообще в ходе войны задачи авиации и воздухоплавателей разделялись. Там, где удавалось увязать действия авиаторов и воздухоплавателей, эффективность стрельбы артиллерии резко возрастала. Например, на Северном фронте Н. Д. Анощенко применял такой метод: открытую с аэростата батарею противника фотографировал связанный с нашим воздухоплавательным отрядом летчик; командир тяжелой батареи, которой предстояло уничтожить открытую германскую батарею, поднимался для ознакомления с обстановкой на привязном аэростате, а затем иногда для уточнения летал над целью и на самолете; все это позволяло ему руководить огнем своей батареи более четко и тратить минимальное количество снарядов на пристрелку
Например, сводная артиллерийская группа полковника Александрова получила задание подавить артиллерию противника и разрушить его долговременные укрепления. Для этой цели русское командование решило разрушить плотину на р. Золотая Липа. Установили дальнобойные 12-ти дюймовые орудия «Канэ» и при помощи корректировщиков 4-го авиаотряда, летавших на самолетах «Вуазен», плотина была полностью разрушена, и все артиллерийские позиции австро-венгерских войск оказались под водой.
На фотографиях других участков фронта отчетливо видны черные пятна воронок от снарядов тяжелой артиллерии, разбитые блиндажи, разрушенные и заваленные траншеи, спутанные в клубки проволочные заграждения, выжженная голая земля с торчащими кое-где стволами разбитых орудий, грудами громоздящихся разбитых повозок и трупы лошадей, кучками и в одиночку лежащие трупы солдат.
1 июня — Французский летчик лейтенант Маршаль, вылетев с аэродрома в Нанси, сбросил несколько бомб на Берлин, но был сбит и попал в плен.
2 июня — «Вокруг света» № 21-22, (29) мая 1916 г.: «Хроника войны. От (7) до (20) мая.
Австро-германский фронт
...На протяжении всего фронта на многих участках велась все время сильная артиллерийская перестрелка. На южном фронте пехотных атак не было, но все время шла артиллерийская перестрелка и производились разведки.
Во второй половине периода усилилась деятельность воздушных эскадр. Неприятель сделал налеты со сбрасыванием бомб на станцию Вилейка, на местечко Войстом и на станцию Будслав. Наши летчики бомбардировали неприятельскую электрическую станцию в местечке Комай, район местечка Солы и станции Маневичи. В налете на Солы участвовала с нашей стороны эскадра из 6 аппаратов, сбросившая 48 бомб, а в налете на Маневичи участвовали 14 аппаратов и сбросили 66 бомб. В обоих случаях наши летчики и аппараты вернулись невредимыми, несмотря на неприятельский обстрел.
(20) мая неприятельский летчик сбросил 4 бомбы на станцию Молодечно...»
Россия начинает мощную наступательную операцию. Замысел русской ставки заключался в том, чтобы серией одновременных ударов на нескольких участках фронта взломать оборону противника и разгромить его. Главный удар на участке протяженностью в 20 км должна была нанести 8-я русская армия силами четырех корпусов в направлении Луцка. 11-я русская армия должна была нанести удар на фронте протяженностью в 10 км силами одного корпуса в направлении Злочева. 7-я русская армия — на участке протяженностью в 13 км силами полутора корпусов на Яз-ловецком направлении; 9-я армия — на участке в 15 км силами двух корпусов в районе Онут-Добронауц. Остальные корпуса всех четырех армий должны были наносить вспомогательные удары на своих участках.
При подготовке наступательной операции исключительно большую роль играла авиационная разведка.
Брусилов: «Уже заранее с помощью войсковой агентуры и воздушной разведки мы ознакомились с расположением противника и сооруженными им укрепленными позициями... Выяснилось, что германцы сняли с нашего фронта несколько своих дивизий для переброски их на французский. В свою очередь, австрийцы, надеясь на свои значительно укрепленные позиции, также перебросили несколько дивизий на итальянский фронт...
Преимущество противника над нами состояло в том, что его артиллерия была более многочисленна по сравнению с нашей, в особенности тяжелой, и, кроме того, пулеметов у него было несравнимо больше, чем у нас. Агентурная разведка, кроме того, сообщила нам, что в тылу у неприятеля резервов почти нет и что подкреплений к нему не подвозится. В свою очередь, воздушная разведка с самолетов сфотографировала все неприятельские укрепленные позиции — как ее боевой линии, так и лежавшие в тылу. Эти фотографические снимки с помощью проекционного фонаря разворачивались в план и помещались на карте; фотографическим путем эти карты легко доводились до желаемого масштаба. Мной было приказано во всех армиях иметь планы в 250 саженей в дюйме114 с точным нанесением на них всех неприятельских позиций. Все офицеры и начальствующие лица из нижних чинов снабжались подобными планами своих участков.
