Штурман Олег Рощин. Солидный во всех смыслах мужчина. Солидный возрастом (около сорока), солидный габаритами (почти как два меня), солидный тембром голоса (даст фору даже нашему командиру) и, конечно же, солидный стажем (ещё больше, чем у Павла Георгиевича).
Радист Валерий Моисеенко. С этим парнем как раз наоборот. Как и я, он новичок. Ну ладно, не как я - для него это будет второй рейс туда и, может быть, обратно. Шучу. Конечно, и туда, и обратно. Совсем юн с высоты моих тридцати двух, хотя по факту полные два десятка - далеко не ребёнок. Несмотря на то, что в экипаже он недавно, ведёт себя так, словно знает всех с пелёнок. Кого-то подобное может подкупить, мне же не очень по душе. Ну да это ладно, мне с ним детей не крестить.
Кажется, я, как водится, могу предугадать назревший у тебя вопрос.
Где женщины?
А нет их. Совсем.
В Авроре есть, и не сказать, чтобы мало, но ни в Бореалисе, ни на "Урсусах" их не встретить. В каком-то смысле наши вездеходы, что подводные лодки - женщинам на них путь заказан. Для меня это вообще не проблема, ведь будь в экипаже хоть одни звезды "Плейбоя", мои мысли и чувства всецело поглощены только тобой. Признаюсь, уже скучаю, хоть мы и виделись менее суток назад. А впереди полгода разлуки! Два месяца на рейс Аврора - Бореалис в оба конца, и ещё четыре на работу непосредственно в поселении у залежей виридиума. Ничего не поделать, надо!
Ладно, дорогая, я устал. День был совершенно безумный, завтра в семь утра выезд, а на часах уже полночь. Постараюсь заснуть, чтобы хоть немного силы восстановить. И пускай ты прочтёшь этот дневник, скорее всего, в один присест, я всё-таки попрощаюсь сейчас. Для меня эти страницы, как общение с тобой через то немыслимое расстояние, что нас разделяет. Надеюсь, ты простишь мне эту вольность.
Всё, откладываю ручку и выключаю свет.
Спокойной ночи!
3 июня, вторник
Вчера так и не заснул.
Слишком много переживаний, мыслей, раздумий. Попытки усыпить себя многократным повторением факта, что ничего экстраординарного меня не ожидает, успехом не увенчались. Ведь даже само присутствие на совершенно другой планете - событие!
Итак, встал утром с постели, разбитый и немного раздражённый. Но перед Павлом Георгиевичем, да и остальными товарищами в грязь лицом ударять не собирался, так что умылся, побрился и внешне как новенький отправился завтракать.
А после мы - экипажи всех вездеходов санно-гусеничного поезда - встретились в комнате для брифингов. В этот рейс отправляются шесть машин: грузовая N 23 (на ней еду я), грузопассажирская N 14, пассажирские N 8 и N 45 (новёхонькая! Первый рейс!) и грузовые для виридиума: N 17 и видавшая виды N 3.
Меня поначалу смутили номера, ведь мне говорили, что в поездах задействовано обычно не более десяти машин. Но потом выяснилось, что нумерация сквозная и включает в себя дополнительный транспорт: спасательный, обслуживающий и прочее.
Впрочем, меня опять заносит в техническую сторону повествования (вот тебе и гуманитарий).
Представлю лучше тебе товарищей из второй смены нашего вездехода.
Механик-водитель Аркадий Воронов. Такой же серьёзный и сосредоточенный, как и Алексей Шабалин из первой смены. На заводах их делают, что ли? Притом, что Аркадий вдвое старше.
Штурман Филипп Людиновский. Колоритный товарищ, скажу я тебе! Не солидный, как Олег Рощин, а именно колоритный. Высокий, под два метра ростом, при этом далеко не худой. Усы такие, что позавидовал бы Воробьянинов, а на голове сверкающая лысина. Со слов командира, способен с завязанными глазами довести вездеход до Бореалиса и обратно, но тысячу раз перепроверяет, запер ли свой шкафчик. В общем, сплошное противоречие.
Радист Юрий Добренко. Мой тёзка - а больше у нас ничего общего. Ну разве ещё пол. Очень самоуверенный, я бы даже сказал - надменный человек. По-моему, он и с командиром общается на равных, а уж с остальными и вовсе свысока.
Ты можешь возразить - лихо, мол, я охарактеризовал каждого после пятиминутного знакомства. И будешь, безусловно, права. Описал я их такими, какими они показались на первый взгляд. Наверняка во многом ошибся.
И вот мы вышли из здания, в котором провели ночь (кое-кто, как и я, первую на Морене). "Урсусы" выстроились на площадке в один ряд, как на параде. Все полностью готовы к длительному рейсу: баки заправлены под завязку, груз закреплён, механизмы и оборудование проверены и перепроверены. Вчера я уже видел один из них - тот, на котором поеду. Но тогда это была одна машина, да и та в ангаре. А сейчас передо мной - шесть! Не удержался и сделал ещё один кадр. Благо фотографировать никто не запрещает.
Не могу не упомянуть про окружающие условия.
