— И ещё гадюки, — сказала Аврора. — Так рассказывал Кнут.
— М-да, — сказала мама, — и ещё множество птиц.
— И мышей, — добавила Аврора. — А вот медведей в нём нет.
— Ну вот, — прошептал папа Авроре, — мы почти пришли.
Больше он ничего не сказал, хотел, чтобы мама увидела всё сама…
И в самом деле прямо из леса на них смотрел небольшой дом с берёзой во дворе, хлевом, дровяником и маленьким домиком, на двери которого было вырезано сердечко.
— Ах, как здесь мирно! — сказала мама. — Нет, вы только посмотрите! Прямо посреди леса стоит усадьба.
— Как раз в этом и был секрет, — сказала Аврора. — Мы с папой обнаружили её на Рождество.
— Да, так и было, — подтвердил папа. — Ведь, правда, здесь мило!
— Согласна, — сказала мама. — А можно подойти к ней поближе?
— Конечно, — сказал папа. — Мы навестим тех, кто здесь живёт.
— Мы в самом деле можем? — спросила мама.
— Мы можем, — улыбнулся папа.
Дальше они пошли медленнее, мама перевела дух и сказала:
— Здесь так тихо и хорошо!
И как раз в этот миг тишина закончилась.
Грянула ритмичная и громкая музыка.
Но она звучала не так, как играл дома на пианино папа, и не так, как играли её музыканты на улице.
— Это не может быть радио, — сказал папа.
— Нет, не радио, — согласилась мама.
Они взглянули друг на друга, а потом мама посмотрела на Сократа. Тот сидел в своей коляске и качался в такт музыке, а из дома послышались такие звуки, словно кто-то забивал в стену гвозди и играл для самого себя.
— Вы всё-таки чудаки, — сказала мама. — Значит, это называется миром и тишиной?
Мама засмеялась. Она была в прекраснейшем настроении.
— Кажется, я вижу внутри блеск какого-то музыкального инструмента.
Тут же музыка смолкла, и из двери вышла бабушка с большим барабаном на животе.
— Добро пожаловать! — провозгласила она.
— Бог ты мой! — сказал папа. — У вас что же, там целый оркестр?
— Да, нас там несколько, — сказала бабушка. — Сегодня мы репетируем номер в исполнении оркестра Уле-Александра, мы называем его ещё «вуди-вуди бендом», или лесным оркестром. Они исполняют английскую песню. Под неё люди танцуют, а наши ребята зарабатывают на этом деньги, чтобы учиться совсем другой музыке. По понедельникам они играют симфоническую музыку, а по пятницам их отец — в духовом оркестре водителей-дальнобойщиков. Пожалуйста, заходите!
— Мы не помешаем? — спросила мама.
— Нисколько. Входите! Мы проиграем ещё несколько тактов, а потом будет перерыв. Но Сократика лучше оставить здесь, там для него будет слишком шумно.
В этот момент из дома выскочила маленькая коричневая собачка.
— Мы зовём её Самоварной Трубой, — сказала бабушка. — У неё только вид свирепый, а так она чужих любит.
Папа и мама заглянули в дом. Там сидели женщина, мужчина и восемь ребят. Или ребят было девятеро?
В репетиции продолжался перерыв, и бабушка стала знакомить семью Теге со всеми, кто был в доме, перечисляя их одного за другим.
— Вон та — это мать семейства, а вот этот — отец. Остальные дети: Марен, Мартин, Марта, Мадс, Мона, Милли, Мина и Малышка Мортен, хотя он уже не маленький и ходит в школу. Ещё вон того зовут Уле-Александр, но он из другой семьи. Он тоже из нашей компании, хотя живёт в Тириллтопене.
— Это он увёл Пуффи тогда, — прошептала Аврора папе.
— Только самые старшие из ребят играют в оркестре танцевальную музыку, — продолжала бабушка. — И все играют в духовом оркестре в Тириллтопене.
Аврора особо присматривалась к тому, кого звали Малышка Мортен, он бил в маленький барабан, и это выглядело так весело.
— Мы с Мортеном играем здесь, дома, — сказала бабушка, — но не выезжаем с ним и младшими девочками, когда остальные дают концерты.
Та, что была хозяйкой дома, принесла кофе, и бабушка сказала молодёжи:
— Вы можете погулять минут десять или даже четверть часа, пока мы принимаем гостей.
Старшие дети заулыбались и вышли из дома, а маленькие запрыгали и забегали вокруг Авроры. Аврора смотрела на них, но не осмеливалась так вот сразу заговорить. Они к тому же были немного старше её.
Когда мама допила кофе, она спросила:
— А это правда, что у вас здесь есть хлев и вы держите коров?
— У нас есть корова, — сказала мама восьмерых детей. — Если захотите, вы можете пойти взглянуть на Розу.
— Ах, конечно, — сказала Аврора. — Пойдём, мама!
Папа остался дома и продолжил разговор с бабушкой и отцом восьмерых детей. Они хорошо разговорились между собой, но папа помнил, что он не должен был говорить о занятиях бабушки, то есть о том, что она учится водить машину, это должно было оставаться секретом.
— Как ты познакомилась с нашим гостем, бабушка? — спросил отец восьмерых детей.
— Мы познакомились в магазине в Тириллтопене, — сказала она. Мы с ним там мололи кофе… а сейчас он, как сказала Аврора, получил водительские права. И ты теперь, наверное, не вылезаешь из машины ни днём ни ночью.
