Что же до Австрии, то ей пришлось лишь наблюдать, как другие державы делят турецкий пирог. Австрия была заинтересована в сохранении статус-кво на Балканах и Босфоре и потому поддерживала политику Англии, направленную на спасение Турции, однако активно участвовать в военно-дипломатических комбинациях на юго-востоке Европы пока не могла из-за собственной слабости. Тем не менее в Вене понимали, что «восточный вопрос», возникший в европейской политике в результате греческого и турецкого кризисов, понемногу становится для Австрии вопросом жизни и смерти. Не обладая достаточной экономической и военной мощью, габсбургская монархия могла претендовать на роль великой державы только в случае сохранения пресловутого равновесия сил и неизменности сфер влияния в Европе. Возможная русская экспансия на Балканах такое равновесие разрушала. Английский историк А. Дж. Тэйлор так описывает суть проблемы: «В восемнадцатом веке «восточный вопрос» представлял собой простое соревнование между Австрией и Россией за турецкие территории. Теперь это становилось невозможным. Последние русские приобретения, в 1812 году (по условиям Бухарестского мира между Россией и Турцией. —
Фактически лишь в первые годы своего существования «Священный союз» действовал в относительном соответствии с представлениями его основателей и вдохновителей. Благодаря согласованным действиям «большой пятерке» удалось справиться с первой волной революционных выступлений, прокатившейся по югу Европы в начале 20-х гг. В 1820 г. австрийские войска вторглись в Неаполитанское королевство и расправились с местными либералами, вынудившими короля Фердинанда I даровать конституцию. В том же году с подачи Меттерниха германский Союзный совет одобрил так называемые Карлсбадские установления, усилившие цензуру и ограничившие автономию университетов в немецких землях. В 1821 г. белые мундиры австрийских солдат появились в Пьемонте, где они помогали королю ликвидировать беспорядки. Два года спустя по решению конгресса держав в Вероне уже Франция взяла на себя роль международного жандарма, подавив революционные выступления в Испании (при этом Великобритания не скрывала своего отрицательного отношения к интервенции).
Вторая революционная волна, поднявшаяся в Европе после парижской Июльской революции 1830 года, значительно осложнила положение «Священного союза». Политика короля-буржуа Луи Филиппа Орлеанского, пришедшего на смену Бурбонам, возбудила в европейских столицах опасения по поводу возрождения французского экспансионизма. Либеральные французские власти не скрывали своего недовольства ситуацией в Италии и оказывали определенную поддержку местным революционным движениям, тем самым вторгаясь в сферу австрийских интересов. Вдобавок революция в Бельгии, провозгласившей независимость от Голландского королевства, заставила Меттерниха думать о возможности вооруженного вмешательства, которое позволило бы избежать присоединения бельгийских земель к Франции. Только крайне неблагоприятная финансовая ситуация в самой Австрии и решительные действия Англии, которой тоже не улыбалось новое усиление французских позиций на другом берегу Ла-Манша, заставили Вену отложить военные приготовления. Бельгия стала независимым королевством во главе с Леопольдом Саксен-Кобургским, родственником британского королевского дома.
В ноябре 1830 г. полыхнуло совсем рядом, у австрийских границ, — в так называемой «конгрессовой» Польше, появившейся в 1815 г. по решению Венского конгресса. Это королевство принадлежало России, точнее, находилось с ней в личной унии (русский царь был одновременно королем польским), а де-факто — в вассальной зависимости. Тем не менее «конгрессовка» имела конституцию, дарованную ей Александром I (1818), сейм, собственную армию, судебную систему, паспорта — словом, все атрибуты независимого государства. Но многие обещания, данные полякам Александром в последнем приступе либерализма, не были исполнены. Русские вельможи по-прежнему играли первую скрипку в Варшаве. Вступление на престол консервативного Николая I (1825) только ухудшило ситуацию. Нарыв прорвало, и в течение года между мятежной Польшей и Россией шла война, завершившаяся осенью 1831 г. взятием Варшавы русскими войсками и ликвидацией Даже тех ограниченных свобод, которыми пользовались подданные «конгрессовки».
